– Но они же первые напали на того паренька. Который открыл эту систему. Как его там? Ну, про которого рассказывали на курсах ОБЭ, – вступил в беседу Грэм.
– А почему ты зеленый? – невпопад спросил его Гордеев и шумно выдохнул: – Уф-ф… Да когда же меня отпустит-то? Я уже устал.
– Так, – вдруг всполошилась Джессика, – а когда его отпустит?
– Да какая разница? – ответил Динеш.
– А такая, что, очевидно, они общаются с ним, пока он под кислотой, – вызверилась Джессика. – И когда их связь пропадет, нам конец.
– Черт, я об этом не подумал…
– Саша… Саша…. Саша!
Гордеев вздрогнул и удивленно посмотрел на Джессику, затем наклонил голову и улыбнулся.
– Джесс, а ты знаешь, что ты светишься в нескольких спектрах? Я все вижу.
– Когда ты съел эту штуку? Сколько часов назад?
– Я был там, Гэндальф! Я был там три тысячи лет назад, – сказал Александр, выпучил глаза и засмеялся.
– Вот сука, а. Рахим, ты живешь с ним в одной каюте. Когда это произошло?
– До гипера он был нормальным, это точно.
– Саша, ты съел эту дрянь до прыжка или после? Ответь, пожалуйста, это очень важно. – Джессика из последних сил сдерживалась, чтобы не залепить ему пощечину.
– Сразу, как вошли в гипер, Джесс. В ту же секунду. Это такой челлендж был. Ха, и, похоже, я победил. Но кого? Может, самого себя? – Пораженный этой догадкой, инженер пустил слюну.
– Рахим, сколько обычно оно действует?
– Ну, его обычно начинает крыть через час-полтора после того, как он съест марку.
– А заканчивает?
– Часов через семь-восемь после того, как появились эффекты.
– Так, гипер длился три часа, и еще… – Джессика посмотрела на хронометр. – И уже полчаса мы здесь. Если брать по нижней планке, то… семь плюс час минус три с половиной. Его полностью отпустит через четыре с половиной часа. Перестрахуемся – через четыре.
– Рахим, когда будет готов хоп-драйв в любую ближайшую систему? Куда угодно максимально быстро? – наконец включился Грэм.
– Так… Сейчас… Через десять часов сможем убраться отсюда к Калисто.
– Твою мать! Нам надо поддерживать с ними связь. – Джессика посмотрела в иллюминатор. Слизь еще висела там. – Кто-нибудь из вас пробовал эту дрянь? Как она там называется?
– МХК, – ответил Рахим. – Я не пробовал.
– И я нет.
– Тоже не пробовал.
– А с чего вы взяли, что у меня есть еще? – вдруг задал логичный вопрос Гордеев. Встретившись с пылающим взглядом Джессики, он притворно закрыл рот руками и со смешком сказал: – Ладно-ладно, конечно есть. Еще две штучки.
– Неси, – кратко приказала Джессика.
Александр, пошатываясь, пошел в свою каюту, что-то бормоча и отчаянно жестикулируя. Он жаловался фиолетовой слизи на то, что его притесняют, и параллельно пытался сотворить заклинание вызова огненной саламандры, силуэт которой увидел на стене мигом ранее.
– А нам с вами надо решить, кто временно пожертвует разумом ради выживания остальных.
– Нет-нет, я не могу! – сразу поднял руки Рахим. – Аллах запрещает есть это дерьмо. Даже не просите.
– Я капитан корабля, я должен быть в сознании, – проговорил Грэм. – Но если других…
– Я готов, – прервал его Динеш. – Я готов быть добровольцем.
– Хорошо, твои задачи следующие: а) не сойти с ума, б) продолжать диалог с этой… сущностью, пока мы не сможем улететь. Где этот болван? Господи, как я могла додуматься отпустить его одного? – Джессика хлопнула себя по лбу и выбежала.
– А ведь мы можем узнать гораздо больше, – задумчиво промолвил Динеш через пару минут. – Мы же с вами сейчас фактически проводим первый контакт с новой внеземной цивилизацией.
– Мы сейчас фактически спасаем свои задницы, – вернул его с небес на землю Грэм. – Пожалуйста, сконцентрируйся на этом.
– Кстати, а почему бы просто не дать Александру добавки? – спросил Рахим. – Кажется, он будет только рад.
– Потому что он и так уже невменяем, – заявила Джессика, которая торжественно тащила Гордеева за рукав. Тот удивленно смотрел по сторонам. – Если он сожрет еще, то перестанет воспринимать реальность окончательно, а потом отрубится или, например, нахамит этим… ребятам. Я не готова так рисковать. Динеш, держи. Я смогла выяснить, что с этим делать. Разжевываешь марку и запиваешь водой.
Динеш взял марку в руку, повертел ее перед глазами и закинул в рот. Джессика отвернулась, пытаясь удержать Гордеева в вертикальном состоянии, и вдруг услышала за спиной до боли знакомый звук. Динеша неудержимо рвало.
– Да что ж такое! – всплеснула руками Джессика, отпустив Гордеева и пытаясь помочь индусу.
– П-простите, – мучаясь спазмами, пролепетал Динеш. – У меня очень слабый желудок.
За Джессикой снова что-то грохнуло – это был уже Гордеев, который с размаху хлопнулся на пятую точку и начал перебирать руками, будто лез по лестнице. Махнув на него рукой, Джессика с помощью других членов команды помогла Динешу подняться и усадила его на кресло. Рахим пошел за тряпкой, чтобы убрать палубу.
– Что ж, – кивнула Джессика, – тогда до встречи, капитан.