Он закончил выбирать листья и закрыл чайник крышкой, отставив на время поднос подальше. Из широкого рукава он достал драгоценный нож и, подвинув к себе тарелку с пряниками, разрезал один пополам. Внутри оказался соленый утиный желток. Лицо дракона засветилось искренней радостью, он осторожно взял половинку пряника и показал юношам, сидящим напротив за столом.
– Минъюэ, ха-ха-ха. – Он вновь свистяще засмеялся. – Смотри-ка, внутри этого пряника тоже полная луна. Владыка Судеб снова забавляется совпадениями. Мы задаемся вопросом, кто же оставил для Нас целое блюдо пряников.
Он втянул носом запах пряника, словно анализируя его происхождение, и подытожил:
– Дева из Страны Байлянь. Да. Нежный запах руки девственницы и уникальная комбинация ингредиентов, которую знают лишь умельцы из Страны Байлянь. Поистине восхитительный аромат. Угощайтесь. Мы стары и больны, лекари запрещают Нам баловать себя сластями. Но против одного чудесного лунного пряника из Байлянь Мы не в силах устоять, поэтому ослушаемся рекомендаций.
Вид и чудесный аромат лунных пряников породили болезненный трепет в сердце Хай Минъюэ. Его родина славилась уникальным рецептом пряников, которые спешили купить все проезжающие мимо купцы и знатные люди. Пряники из Страны Байлянь таяли во рту и дарили счастье, сравнимое с вечным блаженством будды. Во дворце князя был собственный мастер по приготовлению пряников, но матушкины пряники все равно были для четвертого принца самыми вкусными. Его охватила грусть по прошлому, которого уже не вернуть.
– Мы правда можем съесть по прянику? – уточнил Ши Хао с улыбкой. – Какая редкая удача, я никогда не был в Байлянь, но всю жизнь мечтал попробовать их лучшее блюдо. Минъюэ оттуда родом, но, к сожалению, он не знает, как их готовить по тому особому рецепту.
Дракон снова засмеялся своим странным, старческим смехом.
– Какое любопытное совпадение… – спустя какое-то время произнес он, разливая чай по чашкам. Приятный аромат первых весенних цветов растекся по комнате, смешиваясь с сандаловыми благовониями. – Знаешь ли ты, юноша, историю своего меча? Вернее, историю его создателя?
– Нет, – ответил Хай Минъюэ, так и не притронувшись к пряникам, потому что боялся пустить слезу, если вновь почувствует их вкус.
– Не могли бы, ваше величество, поведать нам ее? – спросил Ши Хао. – Так вышло, что я обладаю вторым таким мечом, только вот еще не пробудил его.
– Ах, у тебя его пара? Как хорошо, – с облегчением произнес дракон и пригладил бороду. – Мы боялись, что их разлучат и они окажутся в руках заклятых врагов. Эти мечи – самое ценное, что есть на свете, ими нельзя сражаться друг против друга, иначе его хрупкая душа расколется. Мы были так удивлены, увидев вновь его прекрасный лик, когда ты, юноша, призвал его душу в мече… Мы даже не увернулись от твоего удара. Слушайте Нас не перебивая, иначе Мы забудем что-нибудь важное.
Черный Дракон неспешно поведал историю, которая началась сотни тысяч лет назад, когда первый Небесный Император Чжуансюй взошел на трон и объединил богов под одной властью. Уже тогда на Небесах проживало множество будд, бодхисаттв, богов и прочих существ, наделенных определенной силой, и Император всем им даровал титулы при дворе.
– Создатель ваших мечей был буддой по имени Жуань Юань [28]. Он получил от Императора звание одного из четырех приближенных министров и почетный титул Старейшины Дэтянь-духоу [29]. Вы знаете о Четырех Драгоценностях Чжуансюя? Ах, кого Мы спрашиваем… Так назывались четверо приближенных министров его величества, четыре самых могущественных божества на то время. Первым был Ян-сыцзюнь, повелитель Запада и Владыка Преисподней. Никто не знает, когда и как он появился на земле, но говорили, что он был одним из самых первых божеств, родившихся из света и тьмы. Вторым был повелитель Юга, Ланьлинский Князь, Непревзойденный Генерал Ли Цзяньюй, будь он неладен… Третьим был Фэндао-цзюнь [30] с Восточного континента, Мы так и не поняли, в чем была его заслуга, но с волей Императора спорить не хотели. А четвертым стал Жуань Юань, известный как самый благородный и скромный бессмертный на всех Девяти Небесах. Все четыре драгоценности обладали исключительными чертами, которые нравились Императору, но Жуань Юань был из них, бесспорно, самым красивым, от него было трудно отвести взгляд. Как сверкающая жемчужина выделяется среди неровных кусков чистейшей яшмы, так Жуань Юань выделялся среди остальных небожителей.
Дракон посидел какое-то время в тишине. Уголки его губ печально опустились:
– И по сей день лишь трое из четырех министров сохраняют свою должность…
– Дайте угадаю, как раз Жуань Юаня среди них нет? – заметил Ши Хао с ухмылкой. – Неудивительно. Четыре – это неудачное число.
Комментарий Ши Хао натолкнул Хай Минъюэ на мысль, что, возможно, его тяжелая жизнь во дворце была предначертана судьбой из-за того, что он родился под несчастливой цифрой четыре, но он быстро отмахнулся от этой мысли.
– Не перебивай Нас, наглец! – рассердился дракон. – Слушай молча, тебя не учил твой учитель? Так вот…
