– Вы смеетесь, учитель? Я что для вас, актер из уличного спектакля? Это все было взаправду! Для меня все было по-настоящему! Я убил своего духовного брата, учитель, чтобы пройти ваше чертово испытание!
Хай Минъюэ придержал его за запястье.
– Учитель, мы не справились с испытанием, – сказал он, с трудом обуздав душераздирающую печаль и стерев слезы краем рукава.
– Почему же не справились? – удивился Цянь Сян. – Ши Хао, ты подчинил себе почти весь мир и ради победы пожертвовал своим духовным братом, своей родственной душой, разве это не отличный результат? Я восхищен твоим талантом. Идти по головам ради великой цели – вот он, идеал Ордена Туманной Обители. Как главный судья состязания, я дам тебе высший балл за это испытание.
Лицо Ши Хао было мрачным, он прожигал учителя тяжелым взглядом.
– Это было очень жестокое испытание, – произнес он тихо. – Я не чувствую ни капли гордости за то, что соответствую таким идеалам.
– Я хотел взглянуть, как далеко ты сможешь зайти в своих амбициях, если растормошить слегка твой внутренний хаос, – улыбнулся Цянь Сян. – Я хочу, чтобы ты служил моему ордену с той же страстью, с которой очищал мой иллюзорный мир от своих заклятых врагов.
– Я не убийца, – ответил Ши Хао, его глаза загорелись ненавистью. – Вы использовали мои чувства. Вы подстроили все так, чтобы помутить мой рассудок, чтобы ослепить меня жаждой власти. Я ни за что бы не поступил так.
Цянь Сян изогнул бровь:
– Ты так уверен в этом? Я вижу первозданный хаос в твоем сердце, отчаянно сопротивляющийся порядку, из которого оно создано. Мне интересно узнать, кто из них победит в итоге. В моей иллюзии ты стал злодеем в своих собственных глазах, не так ли? Ты вырос на историях о добре и зле и видишь четкие грани между ними. Но в мире нет никакого добра и зла, лишь конфликты интересов и вечная борьба сил инь и ян. Совсем не страшно оказаться злодеем в чьих-то глазах, будучи героем в глазах других.
Ши Хао опешил:
– Что вы несете, учитель, черт возьми?
В ту же секунду за спиной учителя вырос рассерженный глава ордена Байшань.
– Господин Цянь, я не допущу, чтобы подобный плачевный результат вы посчитали идеалом! Непонятно, из каких моральных соображений вы исходите, но ни одному здравомыслящему человеку не придет в голову поддержать ваше решение! Я аннулирую результат вашего ученика, так как он противоречит основам морали, которые мы взращиваем в сердцах юных заклинателей. Молодой господин Ши не только показал себя как безжалостный и бездушный человек, ступающий по головам, как по ступеням, он еще и не получил Ключ Власти, как задумывалось. Его иллюзорный мир был разрушен катастрофой, подобный результат неприемлем!
Цянь Сян пожал плечами, посмотрев на главу Байшань исподлобья:
– Чтобы достичь вершины, надо подняться по ступеням, верно же? Что же для вас идеальный результат? Пожертвовать собой, как Минъюэ? На мой взгляд, это худший результат, ведь это из-за его безрассудства иллюзорный мир рухнул.
Глава Байшань онемел от его наглости:
– Вы не в своем уме, господин Цянь. Совет судей постановил начислить Хай Минъюэ высший балл, что сделает его победителем соревнования! Юноша пожертвовал собой и всем миром, чтобы предотвратить господство зла на земле людей!
Хай Минъюэ заледенел.
– Нет, я не согласен, – произнес он. Ши Хао с болью смотрел сквозь учителя. – Я отказываюсь участвовать в таком случае.
– Отказаться от участия нельзя, когда испытания уже завершены, а победитель выбран, – сурово ответил глава Байшань. Тем временем к нему подоспел Бай Шэнси. На лице юноши не было его постоянной радушной улыбки, он был ошеломлен результатом испытания.
– У меня уже есть божественный меч, – упрямо сказал Хай Минъюэ. – Мне не нужен еще один. Пусть его заберет тот, кому он действительно пригодится.
Цянь Сян пронзил его холодным взглядом. Резко, словно молния, учитель ударил Хай Минъюэ по щеке.
– Что ты говоришь, глупый ученик? Тебя незаслуженно награждают бесценным оружием, а ты имеешь смелость воротить от него нос? Кем ты себя возомнил?
Юноша был так ошарашен, что не сразу понял, что произошло, как только боль обожгла его щеку, перед его глазами промелькнуло темное от гнева лицо госпожи Янь, его мачехи. Ее глаза были такими же бездушными и полными ненависти и гордости, как глаза учителя. Боль разрывала грудь Хай Минъюэ, он не сразу смог вдохнуть, и слезы заполнили его глаза.
Ши Хао не узнавал своего учителя. Словно в одно мгновение его настоящее лицо показалось за маской лживой праведности. Сердце Ши Хао, которое столько лет восхищалось этим человеком, оказалось разбито.
– Минъюэ-сюн, – тактично произнес Бай Шэнси, ничего не понимая. – Ты заслужил его, почему ты отказываешься? Судьи не позволят тебе отказаться в любом случае, ты должен принять свою победу и пойти со мной, чтобы предстать к награждению. Если тебе не нужен меч, подари его тому, кто, по твоему мнению, его достоин.
Над плечом Хай Минъюэ хлопал крыльями Наблюдатель, и ужасная мысль пронеслась в его голове. В его груди распалился пожар, он совершенно потерял контроль над головой.
