– Государь не спит – он медитирует. На сон уходит третья часть жизни человека, государь говорит, что не может себе позволить тратить столько времени зря!
Теперь Ши Хао казался Хэ Ли не только тираном, но и маньяком-трудоголиком, что тоже не прибавляло ему симпатии. И с этим человеком он решил отправиться в деревню на краю мира, чтобы непременно столкнуться с таким опасным врагом, который заставил тревожиться даже Владыку Преисподней? Он задумчиво переваривал рассказ Гугу, глядя на плавающие в чашке чаинки, пока во дворце зажигали свечи и готовились ко сну.
– Господин, – вдруг снова произнес Гугу. Хэ Ли поднял голову. – Может ли этот ничтожный слуга просить вас поведать ему кое-что?
Хэ Ли напрягся.
– Что именно?
Гугу неловко поерзал, словно готовился вытянуть из Хэ Ли великую тайну, и почти прошептал ему:
– В чем секрет красоты ваших волос?
Вопрос был таким неожиданным, что у Хэ Ли сперло дыхание.
– Простите этого наглого слугу за любопытство… – сказал Гугу, опечалившись от выражения лица Хэ Ли, которое тот от удивления перестал контролировать. – Жена этого слуги очень тревожится из-за своей прически, ее подруги часто обсуждают ее непослушные волосы за ее спиной, и поэтому она не любит выходить из дома, чтобы ветер не растрепал прическу. Этот слуга однажды пошутил, что ее волосы похожи на ветки деревьев, что торчат во все стороны, и это так сильно ее обидело, что она неделю не вставала с постели. Господин, не могли бы вы помочь этому глупому маленькому человеку и посоветовать, как его жене обрести такие волосы, как у вас? Поверьте, у этого слуги нет намерений хвалиться перед другими своей женой, он просто хочет, чтобы она была счастлива.
«У этих бедных людей, которые когда-то беззаботно ходили лохматыми, теперь одержимость опрятностью из-за жесткой социальной политики Ши Хао…» – подумал Хэ Ли. Полный грусти и надежды взгляд слуги, направленный на него снизу вверх, напоминал ему о собаках, которые прибегали к нему домой, когда он садился за обеденный стол, и просили дать им кусочек мяса с таким жалобным видом и плачем, будто ничего не ели целый год, и жалостливый и наивный Хэ Ли отдавал им все, что собирался съесть сам.
Хэ Ли вздохнул и попросил бумагу, кисть и тушь. Придерживая рукав белого ханьфу, он аккуратно написал на бумаге советы по уходу за волосами, которыми пользовался несколько тысяч лет. Хэ Ли в плане опрятности сам был педантичным перфекционистом и ненавидел выглядеть несобранным. В обществе жителей Преисподней, чей правитель был воплощением элегантности с головы до пят, достойный внешний вид был делом неоспоримой важности, как негласное правило, о котором даже не нужно напоминать.
Закончив писать, Хэ Ли с улыбкой протянул листок слуге, и тот стал таким счастливым, что чуть не пробил лбом пол, кланяясь и плача от радости.
– Запомни, главный секрет – это равные доли мятного и чайного отвара, которым нужно ополаскивать чистые волосы, – сказал Хэ Ли, а слуга внимал каждому слову. – Также пусть не пренебрегает сандаловым маслом, которое следует втирать в кожу головы и наносить по всей длине волос как можно чаще. И больше не шути так про ее волосы, это было очень обидно для женщины, которая так обеспокоена своей внешностью.
Когда колокола пробили вторую стражу, слуги растворились в темных недрах дворца, оставив Хэ Ли одного. Почувствовав наконец свободу, он загорелся любопытством и вышел в сад поглядеть на золотых карпов, которых умудрился заметить только мельком и стеснялся, что о его странной любви к рыбкам узнают слуги Ши Хао. Он встал на залитом лунным светом мостике и стал разглядывать золотой блеск чешуи на водной глади. Рыбки плескались, следуя по своим рыбьим делам, собирались группами и болтали о своем, рыбьем, почти как люди. Хэ Ли потерялся в мыслях, которые несомненно бы привели его к формулировке смысла бытия, как вдруг над его головой раздался голос, как гром среди ясного неба в ночной тишине дворца:
Хэ Ли обернулся, едва услышав первое слово, и увидел Ши Хао, восседавшего на перилах мостика с другой стороны. Неотрывно глядя в ночное небо, король закончил стихотворение и отпил из кувшина. Терпкий аромат вина и персиковых цветов заполнил воздух летней ночи.
– Как я тебя не заметил? – удивился Хэ Ли, и Ши Хао оскалился.
– Ты был так увлечен рыбами, что не заметил бы даже звезды, упади она тебе на голову.
Стыд охватил Хэ Ли – он так старался, чтобы его никто не дразнил и не судил за его детское увлечение, а Ши Хао не только обо всем узнал, да еще и подтрунил. Однако, похоже, это ничуть его не удивило, словно он развел этих рыб специально для того, чтобы Хэ Ли ими полюбовался.
– Могу я присоединиться к твоей ночной прогулке, друг? – спросил Ши Хао с расслабленной улыбкой.
