– Мы довели? – искренне возмутился Тилль. – Разве не ты, сестрица, напугала этого бедолагу до полусмерти? А вообще он сам виноват. Нечего было трогать музейные экспонаты.
– Тихо вы, – шикнул на нас Роб. – Парень просто в отключке, вот-вот очнется. Давайте-ка вынесем его на воздух.
– Давайте, – кивнул Тилль. – Лиза, вылезай из гроба. Посетителей сегодня уже не будет.
Я покачала головой.
И как я позволила этим двоим уговорить себя принять участие в их авантюре? Сразу же было понятно, что ничего хорошего из нее не выйдет!
Это все Тилль. Вечно он попадает в разные истории! То руку сломает – соседу, то машину разобьет – начальника, то какую-нибудь вещь сломает – чужую и дорогостоящую.
Вот и в этот раз прилетел из своего музея, как бешеный птеродактиль, кричит: выручай, сестричка, если не поможешь, меня снова с работы выгонят! Трудится он, к слову, сторожем в местном музее. И иногда грузчиком, если нужно перенести с места на места какие-нибудь тяжелые предметы.
Вообще, это не та работа, за которую стоит держаться. Но учитывая, что ни в одной организации дольше трех месяцев братец не задерживается, потерять ее было бы как минимум обидно.
После того, как Тилль немного успокоился, выяснилось, что в этот раз он накосячил не так уж сильно – всего лишь уронил один из экспонатов временной выставки, привезенной из столичного музея.
– Эти восковые фигуры жутко тяжелые! – рассказывал брат. – А тот дурацкий гроб со Спящей красавицей и вовсе был неподъемный!
– Гроб со Спящей красавицей?..
– Ну да. Выставка в этот раз приехала большая – аж на два зала. В один оборотней и упырей поместили, а в другой – сказочных персонажей. Мы с Робом, парнем из столичного музея, упарились, пока всех этих чудиков по комнатам расставляли. А тот стеклянный ящик самым последним был, причем стоял так – без всякой упаковки. Видела бы ты какой он широкий и громоздкий! В зал его пришлось заносить боком. А пока мы его заносили, девка, которая в нем лежала, на пол свалилась.
– И?
– В целом почти не пострадала. Только голова отвалилась, а так – ничего.
– Голова?!
– Ага, – вздохнул брат. – Роб говорит, что фигура изначально была изготовлена с браком, потому как башка у нее отрывается систематически. Он даже инструменты с собой специальные привез, чтоб, в случае чего, фигуры подправить. Ну и красавицу эту подлатал. Да так ловко! Место стыка совсем не видно. Правда, выставлять ее пока нельзя – стык должен сохнуть сутки.
– Понятно, – кивнула я. – А что нужно от меня?
– Видишь ли, сестричка, завтра утром открытие выставки. А гроб – пустой, и у нас с Робом могут быть проблемы. Придут местные начальники, а им, сама понимаешь, на бракованную фигуру плевать. Нужно, чтобы все экспонаты были на местах – и точка. Короче. Лиза, надо чтобы ты один день побыла Спящей красавицей.
– Что?!
– Это не сложно, правда. Нарядишься в ее платье, выпьешь пару таблеток снотворного…
– Тилль, ты сдурел?!
Он поднял на меня жалостный, полный раскаяния взгляд.
– Лиза, мне нужна помощь. В последний раз, сестричка. Клянусь. Выручи меня, а? Ты такая же худенькая, как та восковая фигура, и волосы у тебя такие же, а лицо вообще в сто раз симпатичнее. Знаешь, мы с Робом все просчитали. Гроб поставили в самый дальний угол, свет установили так, чтоб на подушку не падал… Никто не поймет, что ты живой человек.
– Я не согласна. Категорически.
– Ну Лииза! Ну пожалуйста! Это всего на несколько часов! Зал работает с 9.30 до 19.00, но тебе вовсе не обязательно лежать там до самого вечера. Когда посетители уйдут, ты потихоньку встанешь и уйдешь через подсобку, а мы с Робом в гроб настоящую фигуру перенесем. Пожаааалуйста!..
Я вздохнула.
– А если я во сне буду храпеть? Или пускать слюну?
– Я встану рядом и стану делать вид, что храплю сам, – с готовностью ответил Тилль. – И слюни тебе буду вытирать. И следить, чтобы посетители вели себя тихо. Ты согласна, Лиза?
Я вздохнула снова. Потом немного подумала и кивнула. Что ж, по крайней мере будет шанс хорошо выспаться…
…В стеклянный ящик я улеглась за полчаса до открытия выставки. Платье сказочной принцессы действительно было мне впору, а ее прическа и макияж оказались такими примитивными, что я без труда повторила их на себе. В итоге, когда я появилась в экспозиционном зале в образе Спящей красавицы, и брат, и его незадачливый приятель пришли в настоящий восторг.
– Вот это да! – присвистнул Роб. – Сегодня ты – самый клевый экспонат нашей выставки.
Я в ответ лишь криво улыбнулась. С самого утра не покидало ощущение, что гладко наша авантюра не пройдет, и мы обязательно на чем-нибудь попадемся. Но желание помочь непутевому родственнику все-таки взяло вверх. Я выпила две таблетки снотворного, улеглась на жесткую фанеру, обтянутую красным бархатом, и уснула.
Поначалу все шло хорошо. По крайней мере, я на это надеюсь.
Мой сон был долог, глубок и спокоен. Затем в какой-то момент он сменился дремой, а лежать на спине стало ужасно неудобно. Появилось сильное желание потянуться и открыть глаза.