– В принципе, такой исход тоже не исключен, – признал он, так и не вычитав на лицах Зебольда и Гольвега ничего, кроме признаков полусонного безразличия, граничащего с откровенной тупостью. – Поэтому, конечно же, его следует избежать. А что касается Штанге… После резкого отказа, которым он встретил мое предложение, мне бы не хотелось видеть его командиром субмарины. На командирском мостике там должен появиться другой офицер.
– Если вы так считаете, сэр, – вежливо склонил голову Штубер.
«А ведь он уже видит себя во главе подводной пиратской эскадры, – отметил про себя штурмбаннфюрер. – Уже готов властвовать, поощрять и наказывать за малейшее непослушание».
– Уверен, что его вообще опасно оставлять на борту, – продолжил тем временем Алькен.
– Да высадить его по старой пиратской традиции на каком-нибудь необитаемом острове, с бочонком воды и мешком сухарей, и все тут! – мгновенно оживился Зебольд. – Как этого, как его там, который с Пятницей по острову бегал.
– Не шокируйте нас своими литературными познаниями, мой вечный фельдфебель, – поморщился Штубер. И краем глаза заметил, что Алькен тоже расплылся в улыбке. Впервые за всю нынешнюю встречу – искренней.
– А ведь это, может быть, единственная книга, которую я действительно прочел до конца, – подыграл ему Зебольд. Устраивать такие сценки на двоих они учились еще на Украине, в сорок первом, когда оказались лицом к лицу с сильным и коварным врагом – партизанами, которых время от времени приходилось допрашивать.
– Значит, останавливаемся на плане захвата субмарины уже на базе «Латинос», – подвел итог Штубер.
– Лучше – перед заходом туда, – посоветовал Алькен.
– К чему горячиться, джентльмены? Действовать будем спокойно, обстоятельно, без пальбы и излишней нервозности, в портовой тиши…
– Ну, не настаиваю, не настаиваю! – нервно отреагировал Алькен, вновь давая понять, что лично он настроен захватывать «Колумбус» сегодня же, немедленно. – Время у нас, конечно, еще есть. Хотя, согласитесь, разворачиваться нам лучше сейчас, пока идут боевые действия и пока наше нападение на любое судно будет восприниматься в общем плане рейдов германского флота.
– Мы в любом случае развернемся, – молвил Зебольд, однако Алькен «не расслышал» его, продолжая ждать реакции Штубера.
– Кстати, а как отнесется к этому, к нашему «Веселому Роджеру», комендант базы? – самым неожиданным образом отреагировал тот. Откуда Алькену было знать, что наиболее важной информацией для Штубера должна была стать именно эта?
– Пока что он, понятное дело, осторожничает. Однако можем считать его своим союзником.
– Почему осторожничает?
– Как всякий прочий, боится, чтобы его не обвинили в измене и не предали суду.
– А если предположить, что у него уже есть свой бизнес, скажем, наркотики или, может, умудрился распродать половину базового арсенала? А то взял и открыл свой небольшой подпольный бордель?
Алькен прекратил прохаживаться по небольшой кают-компании и вновь остановился напротив Штубера.
– Вас направили на базу специально для того, чтобы разобраться, что там происходит?
– Я вам этой военной тайны не выдавал, – растянул Штубер в улыбке свои тонкие аристократические губы.
– Значит, вы имеете право сместить его и назначить кого-то другого? – продолжал демонстрировать свою прозорливость командир «дойной коровы».
– Если у нас окажется достаточно обвинений для того, чтобы оправдать свои действия перед Главным управлением имперской безопасности, а точнее, перед СД.
– …Агентами которой вы являетесь.
– Естес-твен-но, – процедил Гольвег. – Об этом нетрудно было догадаться.
– Тогда наши акции, джентльмены, резко возрастают, – хлопнул ладонями по столу Алькен, вновь усаживаясь в кресло.
– Это НАШИ акции резко возрастают, – беспардонно возразил барон фон Штубер.
– По прибытии на базу вы получите все необходимые вам компрометирующие материалы, – заверил его Алькен. – С новым комендантом определились? – Он вновь нервно осмотрел всех троих.
– Приказано определиться на месте, – заверил его Штубер.
– При определенных условиях я и сам согласился бы занять эту должность.
– При определенных условиях, – в тон ему молвил Штубер, – мы согласны будем предложить вам эту должность.
Едва он завершил эту фразу, как в кают-компанию ворвался вахтенный офицер.
– Господин обер-лейтенант цур зее, – доложил он, мельком взглянув на Штубера, – со стороны острова в нашем направлении движется какое-то судно. Уже отчетливо видны его ходовые огни.
– Перегрузку продовольствия завершили?
– Пока еще нет.
– Прекратить! Объявить тревогу. Подготовить субмарину к погружению и атаке.
Вахтенный офицер замялся.
– Мы пока не уверены, является ли это судно боевым.
– Если оно окажется пассажирским, мы вынудим капитана сдаться или же возьмем его на абордаж. Что вы опять мнетесь, лейтенант?
– Мы – субмарина-танкер, «дойная корова». Мы атаковать не обязаны и даже не имеем права.
– Кто в этом океане способен запретить мне атаковать судно врага?
– Никто. Но, может, все-таки предоставим такую возможность «Колумбусу»?
– Вам повторить приказ?!
Лейтенант козырнул и скрылся за дверью.
