На кассе мои подозрения только подтверждаются, потому как Котов вежливо выпроваживает меня погулять, пока сам пакует купленное по пакетам и расплачивается. А когда позже вручает ещё и ключи от авто, заявив, что я теперь ответственная за открытие багажника, мой мозг уходит в глубочайшую перезагрузку, не в силах больше справляться с его поведением, напрочь ломающим все привычные алгоритмы.
— Пробка, — грустно констатирую я, вперившись взглядом в багажник плетущегося впереди Логана.
— Да ладно? — восхищается дедуктивными способностями Фей. — Спасибо, Кэп. Люди как раз с работы возвращаются, чего ты ещё хотела?
— Я хотела побыстрее попасть домой, вообще-то. Но это если ты об абстрактном, то на Мальдивы, да. Блин, зачем покупать машину за дохреналион рублей, если в ней радио настроить невозможно?
— А ты не крути всё подряд и будет тебе счастье, — Фей пытается убрать мою руку от магнитолы, но в результате препирательств делает только хуже. — Ну вот, молодец, сбросила всё нафиг.
— Я?!
— Ну не я же! В боковом кармане сумки флешка должна быть, достанешь?
— Чтобы ты потом сказал, что я мульён утащила?
— Нафаня! Сундук со сказками украли! — очень похоже на оригинал вопит глупый кошак и сам же первый ржёт над собственной шуткой. — Ищи уже, давай.
Сначала находится пропуск в универ, затем презерватив (какая предусмотрительность, а?), а уже на самом дне искомое, заключённое в металлический футляр.
— На, не ной уже.
Салон наполняют знакомые звуки, но я поначалу даже не могу поверить ушам.
— Nickelback? Да ладно! А где Серёжа Лазарев и Дима Билан?
Феюшка игнорирует вопрос, начиная тихо подпевать. И демонстрируя вполне приятный голос. Нет, на сцену с таким рваться не стоит, а вот караоке с друзьями погорланить, очень даже. И я сама не замечаю, как присоединяюсь к нему, мурлыча себе под нос знакомый припев.
— Даже и не страшно, да? — уточняет вдруг Котов в перерыве между песнями.
— Мм?
— Ну, ты всегда там демонстративно злилась на меня и избегала. А теперь сидишь в полуметре и вроде ничего страшного не происходит… Как считаешь?
Ну вот зачем? Зачем портить такой замечательный момент? Что ж ты за человек-то такой, Тимофей Игоревич!
— Ха-ха.
— А если серьёзно? Что я такого тебе сделал, а, Крис?
Угу, а мы типа и не знаем, мы типа и не в курсе, за что на такого замечательного во всех отношениях человека могли разозлиться!
— А догадывалку включить не пробовал? — раздражаясь, разворачиваюсь к нему в кресле, чтобы лучше видеть наглую физиономию.
— В том-то и дело, что пробовал. И так и не сумел придумать. Так что может скажешь, когда я успел настолько проштрафиться?
— А-аа, вот так значит? То есть то, что происходит в клубе, остаётся в клубе, так, что ли?
— В каком ещё клубе?
— Под дурачка не коси! — ар-р-р, как же он бесит! — На посвящении, на первом курсе. Давай ещё скажи — был так пьян, что ничего не помнишь!
— Тебя не было на посвяте! — с апломбом человека, на все сто уверенного в своей правоте, отзывается он.
— Ты, млять, издеваешься сейчас?
— Не было, — уже не так уверенно повторяет Фей. — Ну правда же, я бы запомнил.
— Прости, — таким спокойным голосом, который обычно является предвестником бури, уточняю я, — а не вспомнишь, с кем ты там на брудершафт пил и целовался после?
В голове полный сумбур и катавасия. По Котову незаметно, что он издевается, но это реально ни в какие рамки. То есть, окей, я всё понимаю, алкоголь, темнота, мигающие стробоскопы и иже с ними, но… Но нереально же не запомнить того, с кем ты целовался. Не-ре-аль-но!
А кошак, тем временем, покопавшись в своей дурной башке, добивает:
— С брюнеткой, симпатичной такой. Дина, кажется.
— Тина! Тина, придурок ты конченый! — не выдержав, ору я, наплавав на то, что мы вообще-то на дороге, пусть и стоим в данный момент времени. — Сокращение от Кристины, если твои мозги тугоумные сами до этого не додумались. Я не виновата, что в классе уже была одна Кристина и нас надо было как-то различать.
Меня аж трясёт всю, на самом деле трясёт, как припадочную, от понимания — он реально мог не знать до настоящего момента, что целовался именно со мной.
— Но… волосы…
— Есть такая волшебная штука, краска называется, — уже тише, с улыбкой крокодила, уведомляю растерянно таращащегося в никуда парня.
Собственно, это и было причиной, по которой я сменила колер. Желание изменить что-то в себе, изменить себя, чтобы не думать только о гадком изменщике двадцать четыре часа в сутки. Шла в салон с твёрдым намерением сделать каре, но наткнулась на замечательную девочку Арину, уговорившую укоротить волосы до середины спины и покраситься в какой-нибудь безумный цвет. Так родились красные пряди, а вскоре и дурацкое, но такое уже привычное прозвище.
— Я… не могу это уложить в голове, правда. Даже в мыслях не мог представить, что это была ты. Она на тебя почти и не похожа была, макияж этот, ресницы приклеенные.
