— Да ну тебя. С твоими метафорами. — Сплюнул Танкред. — Ну что там еще случилось? — Обернулся он назад.
— Командор. — К ним подъехал один из полубратьев. — На наш арьергард напали.
— Напали? — Но удивление, от такой новости, очень быстро сошло с его лица. — Какими силами?
— Мне неизвестно. — Пожал плечами претендент на титул брата-рыцаря. — Меня просто послали известить о нападении.
Лицо Танкреда налилось красной краской гнева. Но прежде, чем это вылилось в какую-нибудь гневную тираду, в разговор вступил Зигфрид.
— Не стоит особо обращать на такое нападение внимания. Это, всего лишь попытка нас затормозить, чтобы варвары успели предупредить своих о нашем появлении. С одной стороны. Хороший знак. Видно. Нас совсем не ждали.
— Обычно. Когда хотят задержать войска, то атакуют авангард, а не лупят по заднице.
— Местные. Мало знакомы с основополагающими законами войны. — Улыбнулся Зигфрид. — Дикие люди, что с них взять. Продолжаем движение. — Махнул он рукой, и остановившаяся было колонна, похожая на огромную змею, двинулась дальше.
— Мне кажется, ты совершаешь ошибку. — Посмотрел на него Танкред. — Так беспечно оставлять за своей спиной врага. Даже не выяснив его количество. Это может дорого нам обойтись.
— Ничего подобного. — Мотнул головой Рейнберг. — А за спиной у нас всего десяток, максимум два. Причем это не воины. А просто голодранцы из города, несущие так называемую стражу на подступах. Не вижу никакого смысла, гоняться за ними по лесу. Наоборот, нужно увеличить скорость движения, чтобы постараться опередить посланного ими гонца. Я ведь тебе говорил. Местные условия войны, здесь резко отличаются от общепринятых. Вместо того чтобы тихо предупредить о надвигающейся угрозе. Эти варвары устраивают какую-нибудь пакость. Что в свою очередь дает нам понять, о нашем обнаружении. И, как правило, говорит о неподготовленности противника к обороне. В идеале. Сейчас стоило бы со всеми рыцарями рвануть со всей прытью к городу. Вполне вероятно. Можно было бы захватить его сразу же с наскока.
— Спорить не буду. Скажу тогда только одно. Если дела обстоят, так как ты говоришь, то у меня возникает вопрос. Так чего же мы ждем?
— Вот это по-нашему. — Засмеялся Зигфрид Рейнберг. — Не пойми превратно. Но некоторые из гостей бубнят, что такие действия противоречат рыцарскому кодексу. Что мы должны встретить врага в чистом поле, забрало к забралу. И прочую всякую подобную ерунду.
— И как только земля носит таких малахольных? — Заржал Танкред фон Бурк, ударяя своего коня в бока шпорами.
Около трех сотен верховых, закованных в броню, отделились от основной массы войск. И, нахлестывая коней, из-под копыт которых полетели комья снега и грязи, поскакали к городу.
— Молодцы братья рыцари, не подвели. — Посмотрел им вслед, притаившийся в лесу Богуш. — Все дозоры сюда подтянулись. — Спросил он у рядом с ним стоявшего мужика, закутанного в звериные шкуры.
— Все как один. — Мотнул тот головой, радостно чему-то улыбаясь.
— Ну что же. Тогда начнем, пожалуй. — Улыбнулся и Богуш. — Только еще раз предупреди парней, чтобы сильно не увлекались. Наше дело их покусать сейчас. А в драку полезем. Когда они в обратную дорогу, получив по чреслам, вприпрыжку поскачут.
— Не переживай воевода. — Ткнул в плечо Богуша мужик. — Чай, не первый день на порубежье живем. А такие места дурней не любят. Здеся, дурень либо умнеет, либо землицей быстро присыпается. — И перевел взгляд на растянувшуюся колонну пеших кнехтов по лесной дороге. — Много их. Тышши две, не меньше. Тяжко нашим отстоять город будет.
— Отстоим. — Уверенно мотнул головой Богуш. — Князь наш Давид, парень что надо. Весь в отца. А отца его, Давмонта, ни разу враги победить не смогли. Ладно. Потом разговоры поразговариваем. Давай начинать что ли?
— Это мы с превеликим удовольствием. — Хмыкнул мужик, и, обернувшись, махнул рукой. В тот же миг затренькали тетивы луков и самострелов. И в ничего не подозревающих людей, идущих по лесной дороге, полетели со всех сторон стрелы.
В это время, Давид стоял на стене цитадели возле ворот. Всматриваясь в ту сторону, откуда должно было появиться тевтонское войско.
— Да куда вы, со скотиной-то прёте? — Долетел до него злой окрик. — Сказано было же. Скотину в лес уводить. Здесь и людям-то тесно. А вы еще и животину тяните.
Князь повернул голову к воротам, возле которых образовался затор из людей, обвешанных узлами со скарбом и тянущих за собой разную живность.
— Прости княжа. Мои это. — Виновато опустив глаза и переминаясь с ноги на ногу, попросил стоявший рядом с ним Лютовер. — Не привыкшие еще. Тяжко им, со скотинкой-то расстаться.
— Слав. — Окликнул Давид воина преградившего вход в крепость. — Пусти ты их. Все одно уже поздно. С минуты на минуту гости пожалуют.
— Да чтоб вас. — Ругнулся воин у ворот. — Давай шустрее. — Прикрикнул он на толпившихся возле ворот людей, отойдя в сторону. — Да не пихайтесь вы. Все войти успеете.
— Дома жалко. — Вздохнул Лютовер. — Порушат ведь. Как пить дать, порушат. Столько трудов и все в пламени сгорит.
