Василий Андреевич вступил точь-в-точь и, включившись в стремительность нежной мелодии, начал петь:
В огромные раскрытые окна гостиной, преодолевая белоснежную дымку тюлевых занавесок, заглядывала усталая листва наступающей осени. Там, за этими окнами, солнце заливало каскадами света весь усадебный парк. «А все-таки я благодатное свил себе гнездышко в моей орловской Черни́!..» Плещеев уверенно бегал легкими пальцами по клавишам послушного фортепиано, артистично и чутко выпевал на струнах гибкие волны главной мелодии и одновременно ревниво, однако все-таки неприметно, как будто даже не глядя, рассматривал растроганные лица гостей.
А до чего стало тихо! Вот сидит в первом ряду сияющая счастьем царица нынешнего дня Анна Ивановна — родная Анюта, Нина, как ее все называют, — заботливая мать шестерых ребятишек. Рядом напряженное, сухое лицо: это Катерина Афанасьевна, вдова дядюшки Андрея Ивановича Протасова, с двумя очаровательными дочерьми, прелестными, скромнейшими кузинами.
Вот о них-то, трех ангелах, и сложены эти стихи. Сыпались, словно бисер, звуки мелодичного аккомпанемента, прозрачного, легкого.
Восторженно и самозабвенно пел Базиль свой лирический гимн во славу вечной, идеальной любви; ясный голос чуть-чуть тремолировал. От волнения или от отсутствия техники?.. Ах, не все ли равно?.. Для гостиной да еще в отдаленной провинциальной усадьбе — в наше время сойдет! Вон они, слушатели, все, все приковались вниманием к роковой судьбе пловца, выброшенного волною на берег! Вон как блестят черные глазки белокуренькой Александрин Чернышевой, милой племянницы! Но почему же миниатюрная Катерина Афанасьевна так сумрачно сдвинула брови и прикусила губу? Красные пятна выступают и мгновенно пропадают на ее остром лице. Чем она недовольна?.. Три ангела?.. Так ведь это — она и две дочки!..
Голос Жуковского, по-детски доверчивый, хрупкий и чистый, взлетел на головной регистр, высоко-высоко, дрогнул, — наплыв эмоции перехватил дыхание — и звук оборвался. Плещеев подхватил эту высокую ноту легким арпеджио — словно так она и должна была прозвучать — и мягко взял заключительный, тоже прозрачный аккорд.
Все шумно рукоплескали. Катерина Афанасьевна, однако, поднялась и мелкими своими шажками вышла из комнаты. За нею живчиком побежала Сашенька, ее младшая дочь. Чуть погодя направилась и другая, старшая, Маша, скромная, строгая, явно встревоженная. Значительным взглядом на Плещеева посмотрела его матушка Настасья Ивановна, — он сразу понял: ему отдан тем самым молчаливый приказ пойти вслед за ними, и выяснить причины такого по меньшей мере странного поведенья тетушки. Однако как быть?.. ведь нельзя покинуть гостей, концерт прерывать...
Выручила, как обычно, Анюта: она все поняла. Кивнула головой Александру и, ласково улыбнувшись присутствующим — сейчас, дескать, вернусь, — выскользнула из гостиной. Плещеев остался.
Угу... Жуковского, значит, подкарауливают неприятности от его сводной сестры. Жаль бедного... и как раз на пороге нового славного поприща — вступления ополченцем в народное войско. Вишь, как он взволновался!