Судьба Тирлинга полностью

Она кинула взгляд на Джонатана и увидела, что он бледен, но спокоен. В неровном свете факелов на его скулах на мгновение появились серые тени, превращая лицо в череп. Кэти чуть не всхлипнула, но сдержалась, почувствовав, как рука Джонатана сплетается с ее под покровом темноты.

– Мы пытались, Кэти, – прошептал он почти неслышно. – Мы сделали все, что могли.

Она повернулась к нему, но Джонатан смотрел прямо перед собой, погрузившись в будущее, и едва ли заметил, что его слова ранили ее в само сердце, отбросили на пятнадцать лет назад, в день, когда их с Джонатаном оставили одних на той самой просеке. Если бы только она могла на самом деле вернуться туда! Сколько всего они могли бы сделать по-другому, начиная с Роу. Кэти могла бы задушить его где-нибудь в лесу, и закопать тело так, что его никогда бы не нашли.

«Тир бы этого не хотел».

«Тир мертв. Почему он до сих пор управляет нами?»

Ответа не было, лишь ощущение, что где-то на дне сознания копошится клубок мыслей, явно ей не принадлежащих. На мгновение клубок ослаб, и на поверхность пробилась одинокая мысль – Пик — а затем пропала.

Они поднялись наверх и оказались в длинном, узком коридоре, освещенном факелами. Кэти оглянулась, но не увидела ничего, кроме арки лестницы, похожей на пасть, разверстую прямо из глубины тьмы.

«Сколько людей? – внезапно подумала Кэти. – Роу, определенно построил это подземелье, не только для нас с Джонатаном. Иисусе, сколько людей томились здесь?»

Когда они дошли до конца коридора, в дверном проеме возникла длинная, узкая тень, и Кэти напряглась, готовясь вырвать нож у Алена. Он всегда был самым слабым бойцом среди них. Пусть даже Гэвин потом прирежет ее, но, возможно, ей удастся воткнуть нож в черное сердце Роу. Ради этого стоило умереть.

Но это оказался не Роу. Длинная тень ввела Кэти в заблуждение. Фигура, возникшая в проеме, оказалась маленьким мальчиком, не выше четырех футов, но Кэти пришлось довольно долго разглядывать его, прежде чем она узнала Юзуфа Мансура.

– Какого дьявола? – процедила она, обращаясь к Гэвину. – Что вы с ним сотворили?

Гэвин отвел взгляд, и Кэти с отвращением поняла, что он этого просто не знал. Тот Юзуф, которого Кэти помнила, был замечательным мальчиком, талантливым в счете и всегда готовым помочь. У существа, стоящего перед ней, было лицо Юзуфа, но на этом все сходство заканчивалось. Этот был бледен, настолько бледен, что казался белым, а его глаза были двумя черными, бездонными провалами. Он не улыбнулся и вообще никак не показал, что узнал их, лишь уставился на них, и пока они шли к двери, Кэти с тревогой заметила, что взгляд Юзуфа прикован к Джонатану.

Кэти шагнула в дверной проем, и это стало последним, что она запомнила.

Роуленд Финн столько раз представлял в голове этот момент, что, когда он наконец пришел, он был почти готов к разочарованию. Вот он, Джонатан Тир, любимый сын – о, его сердце до сих пор сжигала злоба из-за этой несправедливости; Тир ничего не сделал для Города – и вот она, Кэти, стоит, опустив голову, и это очень правильно, ведь кто, как не Кэти, должен сейчас раскаиваться…

Кэти подняла голову, и уверенность Роу улетучилась. Страх легким перышком скользнул по спине.

Кэти должна была сожалеть. Все те годы, что он мысленно прокручивал момент своего триумфа, он знал точно: Кэти пожалеет, что не последовала за ним. Ее фигурка, съежившаяся, сломленная, производила нужное впечатление, а вот с лицом все было не так. Она уставилась на него пустым, безжизненным взглядом человека, пережившего серьезное потрясение. Похоже, Кэти просто не понимала, где находится.

Роу повернулся к Гэвину, который стоял неподалеку, жалкий в своем стремлении угодить. В отличие от Кэти, Гэвин полностью соответствовал ожиданиям Роу, словно марионетка; потяни за ниточку, и он сделает то, что приказано.

– Что с ней? Ее одурманили? Избили?

– Нет, – ответил Гэвин. – Мы к ней не прикасались.

Роу отмахнулся от него, повернувшись к Джонатану.

– Ты! Где сапфир Уильяма Тира?

Тир поднял глаза, и Роу отшатнулся, отчетливо увидев в них жалость. Джонатан Тир не должен был жалеть его, только не теперь, когда Роу победил.

– Ты отдашь его мне, – сказал он Джонатану. – Никто не устоит перед болью, даже Тир.

При этих словах Кэти шевельнулась, и Роу заметил какую-то рябь, прошедшую по безжизненной маске ее лица. А затем она замерла. Где-то глубоко внутри он почувствовал смутную тревогу. Было похоже на то, что Кэти впала в транс… но у нее не бывало Трансов. У нее вообще не было никаких особых способностей. Роу снова повернулся к Тиру.

– Отдай его мне.

– Нет, – ответил Тир немного устало. – Если собираешься меня убить, можешь приступать прямо сейчас. Ты его не получишь.