Дамба, сложенная из гладко обтесанных каменных блоков, была плоской, как столешница. Двалия, достигнув кромки воды, не замедлила хода. Она не приподняла подол юбки и не сняла обуви, чтобы нести ее в руках. Она шла вперед так, будто море все еще не властвовало здесь. Мы последовали за ней. Поначалу вода была мелкая, не теплая, но и не холодная до окоченения. По мере нашего продвижения вперед уровень воды быстро повышался от ступней в промокших туфлях до лодыжек и выше до голеней. Я почувствовала влекущий поток отлива. Рядом хмурился Винделиар.
- Не нравится мне это, - с горечью проговорил он.
Ни Двалия, ни я не обратили на него никакого внимания, но вскоре я начала разделять его тревогу. Вода стала глубже, и течение отступающего моря усилилось. Мне приходилось переходить вброд ручьи и небольшие речки, но это-то была морская вода. Ее запах и вязкость удивили меня. Когда мы только ступили в воду, противоположные врата на дальнем конце затопленной дамбы казались не очень далекими. Теперь же, когда вода скрыла мои колени и поднялась до бедер, чувство безопасности далекого берега оказалось утрачено. Даже Двалия стала продвигаться медленнее, сопровождая каждый свой шаг громким плеском. Я сосредоточилась на ее спине и боролась с напором воды. Отлив мог бы уже и закончиться, как они говорили, однако волны все еще накатывались и уходили, доходя мне иногда до талии. Винделиар между пыхтением и хныканьем начал тревожно вскрикивать. Он все больше отставал. Когда я оглянулась и поняла это, я попыталась двигаться быстрее. Теперь вода стала холоднее, и у меня иногда перехватывало дыхание.
Солнце палило нещадно, обжигая кожу сквозь короткие волосы, в то время как холодная вода вымывала все тепло из ног. Я держала руки высоко у груди, крепко сжимая узелок с одеждой. Я старалась не обращать внимания на жажду и боль в ноющих мышцах. Жизнь на кораблях не подготовила меня к сегодняшнему переходу. Солнечный свет отражался от поверхности воды мне прямо в лицо. Я подняла голову и попыталась рассмотреть Двалию, но сверкающие блики слепили меня. Я ощутила дурноту и неуверенность.
Было ли здесь более мелко? Возможно. Я взяла себя в руки и, наклонившись, ринулась вперед, преодолевая сопротивление воды. Когда я снова посмотрела на Двалию, та стояла у дальних ворот, увещевая и проклиная стражников, которые не пропускали ее дальше. За воротами толпа покидающих крепость ожидала их открытия. Их утомленный вид и фартуки из кожи или ткани свидетельствовали о том, что это была челядь Служителей, видимо, возвращающиеся домой.
Я осела на землю позади Двалии. Она поразила меня, когда, повернувшись, ухватила меня за ворот и, чуть не подняв меня с колен, встряхнула перед стражниками.
- Нежданный Сын! - прорычала она. Хочешь быть тем, кто задержал его представление Четырем?
Охранники обменялись взглядами. Более высокий мужчина оглянулся на нее.
- Та старая сказка?
Винделиар, подрагивая, подошел к нам. Один охранник подтолкнул другого.
- Это Винделиар. Нет сомнений, что это коварный маленький мерин. Так что, это Двалия. Впусти их.
Двалия не отпустила мой воротник, когда мы прошли через открывшиеся ворота. Я старалась не противиться ей, но это значило, что мне пришлось идти на цыпочках. Я не могла оглянуться на Винделиара, идущего следом, но слышала глухой стук запертых ворот позади нас.
Перед нами протянулась дорога из серовато-коричневого песка. В нем искрилось высоко стоявшее солнце. Дорога была прямая и безликая. По обе ее стороны расстилался бесплодный каменистый ландшафт. Он был настолько плоским и пустынным, что я поняла - он был создан руками людей. Никто не мог бы пересечь это пространство, не оставшись незамеченным. Никогда мне не приходилось видеть местности, настолько лишенной малейших признаков жизни. Единственным разнообразием для глаза были случайным образом разбросанные камни, но все они были не больше корзинки объемом в бушель. Двалия внезапно отпустила меня.
