Стрелок, стоящий рядом, быстро открыл флягу и протяну ее парнишке. Малыш глотнул и, вылупив глаза, сильно закашлялся. Солдатик сразу вырвал флягу и поднес ее к носу.
— Коньяк! — сказал он и побежал к бронетранспортеру.
Поняв, в чем дело, спецназовец, протягивая мальчику свою флягу, сказал:
— Пей, малыш, не бойся, это вода.
Мальчик жадно пил воду, она выливалась на его лицо и прокопченную куртку.
Док сложил в сумку все свои принадлежности, потом посмотрел на женщину и сказал: «Неплохо бы через час сделать еще один укол. Мы уедем, а вот тебе стерильный шприц и ампула, найдите, кто может ставить уколы». Корнейчук положил в руки женщины шприц и ампулу.
Малыш, услышав про укол, отвернулся, прижимаясь к матери. Док понял, что дальнейшего восстановления здоровья ребенка не будет, так как бы это должно быть: полежать в палате, где с ним поработают психологи, неврологи и возьмут все необходимые анализы, а в этих идиотских условиях фронтовой жизни, что может быть? Игорь расстроенно махнул рукой и попросил спецназовца оставить воду мальчику:
— Отдай им флягу с водой, ему надо пить, его еще тошнить будет, у него сильное отравление, но уже не смертельное, — сказал Док, подмигивая малышу.
Чеченка гладила сына и благодарными глазами смотрела то на Артема, то на Дока, то на щедрого спецназовца, который подарил малышу свою флягу с живительной влагой.
Артем глянул на часы и понял, что пора срочно выезжать, иначе можно не успеть к назначенному сроку, а опаздывать нельзя. Вообще на войне не надо шутить с порядочностью, обязательностью и временем, а то всегда это оканчивалось очень печально. Он дал команду на посадку, а сам подошел поближе к мальчику и, протягивая ему руку, сказал:
— Ты счастливый парень! Второй раз на свет родился! Пусть же закончится быстрей эта война, и вся твоя жизнь будет радостной и светлой! Помни, сынок, русского солдата. Артем посмотрел в глаза матери и добавил: — Хорошо, что мы не поехали по другому маршруту. Прощайте.
Чеченка, оставив малыша, упала на колени перед Артемом и запричитала:
— Спасибо! Спасибо!
— Ладно, проси Аллаха, милая, пусть не убьет чеченская пуля Игоря, доктора нашего. И он, показав на Дока, который уже восседал на броне, повернулся и пошел к бронетранспортеру.
Ухватившись за поручень, Артем тяжело поднялся на броню и, опускаясь в свой люк, сказал:
— Трогай, водила.
БТР заурчал и поехал, оставляя у дороги мать и спасенного русскими солдатами мальчика. Оглянувшись, Артем увидел, как чеченка махала рукой, а потом опустилась на колени и, видимо, благодарила Аллаха за то чудо, которое он сделал для нее. Артем перевел взгляд на сидящего рядом с башенкой стрелка и показал ему кулак:
— Алкашничиишь солдат? Нехорошо детей коньяком спаивать, — сказал он громко, глядя на остальных, и улыбнулся.
— Солдаты, уловив улыбку и юмор командира, сначала заулыбались, а потом хохотали так громко, что водила, не поняв, в чем дело, начал крутить головой.
А вспомнив, кто все-таки спаситель пацана, начали жать руку прапорщику и похлопывать его по плечу. Корнейчук улыбался и, наверно, был по-настоящему счастлив.
Настроение стало хорошим, курилось так вкусно, что Артем достал вторую сигарету и, закурив, отметил про себя:
— Вырастет этот мальчик и кем станет? Сможет ли он целиться в русского солдата? Наверно, нет! Мать не даст.
Шмелев добавил обороты двигателю и, мчась по Горьковскому шоссе, подсчитывал, что парню уже лет тринадцать. Как складывается его судьба сегодня?
— Главное — он поступил правильно, а то, что так все вышло, это так звезды в тот день встретились. Хорошо встретились! — размышлял, довольный собой, полковник Шмелев.
Когда Артем доложил Цветкову, что Виктор Зеленин летит с ними на Сахалин, то с этой минуты началась подготовка к поездке. Те, кто собирался прилететь в родные края, настраивался на встречи, воспоминания и память. Те, кто их будет провожать и ждать, беспокоились за то, что все трое летят в одном самолете, которые последнее время стали все чаще разбиваться. Они будут переживать каждый взлет, каждую посадку.
Билеты заказал генерал Цветков.
12 июля «Боинг-767» в 21.55 взмыл к облакам и взял курс на Южно-Сахалинск. Три друга, три офицера, летели туда, где люди и все живое острова встречают первыми солнце и луну, где со всех сторон сушу окружает море, где их ждали родные и близкие. У них, на все про все, было десять дней, но они были счастливы! Как бы ни противилась судьба, как бы ни ломали их обстоятельства, как бы ни тяжело было терять любимых, устраивать абсолютно другую жизнь на гражданке, они не согнулись. Они выжили на войне, не сломались перед бандитами, защитили честь, помогли восторжествовать справедливости и сохранили дружбу.
