Так я жила и жила, и писала, и писала, и постепенно у меня набралось этих рассказов целая папка. Я давали читать их своим знакомым. Добрые мои друзья хвалили, а кто-то из них сказал мне, что в Хельсинки есть Объединение русскоязычных литераторов. Быстро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Постепенно события развивались таким образом, что я стала членом этого Объединения, меня начали печатать в журнале «Иные берега», потом я стала составителем этого журнала и секретарем Объединения.
После первой публикации одного из моих рассказов во втором номере журнала «Иные берега» я с трепетом пошла на презентацию, которая проходила в кругу русскоязычных литераторов Финляндии и посетителей клуба «Садко». Так как это была моя первая публикация и первая презентация, я очень волновалась и все время ждала чего-то необычного.
В довольно тесном помещении клуба собралось человек двадцать-двадцать пять. В основном это были члены литераторской организации и участники клуба путешественников, которые планировали поездку в Италию. Вел собрание один из членов Объединения. Так как в этот день среди литераторов прозаиков оказалось в два раза меньше, чем поэтов, решено было выпускать по очереди, сперва двоих поэтов, потом одного прозаика. Вот в таком порядке литераторы выходили к стулу, служившему трибуной. Когда выступали поэты, все проходило очень замечательно. Стихи ритмичные, музыкальные, хорошо ложатся на слух и на душу. А один поэт – молодой и симпатичный мужчина – пел свои стихи, подыгрывая на гитаре. Тут публика вообще пришла в восторг, расслабилась, подпевала и притопывала ногами. А вот с прозой хуже. Длинное читать не станешь, да и с коротким также сложно.
Я подобрала три кусочка в жанре короткого рассказа. Немного текста с неожиданным концом. Публика доброжелательная, да еще и чаем поят. Смеялись, аплодировали. Но зависть к поэтам глубоко засела мне в сердце. В вечер презентации я устала и за компьютер не садилась, а вот на другой день включила компьютер, поставила «Времена года» Вивальди, сижу, смотрю на пустой экран, а зависть так и жжет мое сердце. Что же делать?
Ну, на самом деле, как я уже сказала, тогда был не Моцарт, а Вивальди. Моцарт просто легче рифмовался. Написала, а покоя все нет. Что еще?
Вот теперь стало полегче, думаю, на этом можно и остановиться.
Однако писательницей я себя не считала никогда. Я чувствовала, что я многого не знаю, и мне надо еще многому научиться. При Объединении действовала поэтическая студия, вел которую поэт, филолог, профессор Роберт Винонен. Несмотря на то, что меня считали прозаиком, я начала посещать занятия этой студии. Пополнить словарный запас, посмотреть, кто, и что, и как? Потом ведущим стал замечательный поэт Алексей Ланцов, а студия уже называлась литературной, так как ее начали посещать и другие литераторы.
