Но шевеление в пакете на этом не закончилось. Через некоторое время, потягиваясь каждой лапкой в отдельности, оттуда появилась вторая кошка. Была она светло-серой, вся в крутых завитках, как каракулевая шуба, и без хвоста. Марина Петровна всегда считала, что бесхвостая кошка – это уродство. Но у этой кошки все было ладным, хорошо устроенным и красивым. Даже кудрявый бесхвостый зад. Эта нежданная гостья начала старательно умываться, слизывая с мордочки черные перышки.
Середина ноября. Недавно выпал обильный снег. Тусклое солнце вяло освещает зимний день, и еще чистый, ослепительно белый снег тускло поблескивает белым жемчугом. Марина Петровна идет по узенькой тропинке, протоптанной в глубоком снегу. Путь ей преградил яркорыжий кот, усевшийся посреди тропинки. Внутренность ушных раковин у него выкрашена зеленкой. Сочетание белого снега, рыжего кота и ярко-зеленых ушей весело разнообразило пейзаж. Кот сидит, не двигаясь. Марина Петровна осторожно обошла его стороной.
Этой зимой Марина Петровна с мужем и сыном в отпуск решили съездить в южные страны к теплому морю. Наступил день отъезда. Чемоданы собраны, такси заказано, содержимое сумки проверено: паспорта, билеты, деньги, отпускные документы – на месте. Все стоят в прихожей у выходной двери – последний момент.
Вдруг из гостиной послышался звон разбитого стекла. Марина Петровна решила выяснить, в чем дело. Сразу с порога ей бросились в глаза пивная бутылка на ковре и разбитое окно. Она вышла на широкий, больше похожий на веранду, балкон. Шаги глухо застучали по деревянному покрытию пола. Марина Петровна оглянулась. На соседнем балконе в ярко-оранжевой, похожей на униформу водителя трамвая, куртке сидел их сосед. Рядом стояла длинная картонная упаковка, содержащая восемь пивных бутылок, которая в Финляндии называется «таксой». Он наслаждается жизнью – пьет пиво. Первая выпитая бутылка кучкой темно-коричневых стеклышек лежала под его балконом. Вторую он бросил вверх, та задела за сухую ветку рябины, нависшей над их балконом, и рикошетом отлетела в окно гостиной. Теперь она лежит на ковре. Марина Петровна с интересом наблюдала за судьбой третьей бутылки.
7
Закончился рабочий день, и Марина Петровна отправилась домой. По дороге она заглянула в магазин. В рыбном отделе на выщербленном и пожелтевшем от старости мраморном прилавке были разложены тушки лосося. Марина Петровна начала присматриваться. На многих рыбинах явно проглядывали следы тления – сквозь кожу проступали лиловые пятна гниения. Ее сосед, молодой человек, ходил вдоль прилавка, трогал тушки и постоянно вытирал пальцы о свои красные с белыми лампасами спортивные штаны. Штаны были грязными, в сальных пятнах. Вероятно, он постоянно использовал их вместо носового платка.
Из прежнего опыта она знала, что соседу потребуется ее помощь в приготовлении ужина из лосося, а потому внимательно наблюдала за его действиями. Молодой человек выбрал рыбину и отправился домой. Марина Петровна последовала за ним.
От магазина до ее дома две автобусных остановки. По дороге, разбитой, в рытвинах и лужах после прошедшего дождя, двигался автобус, такой же разбитый и разболтанный. Представив себе, как она будет болтаться, раскачиваться и вдыхать воздух внутри автобуса, состоящий в основном из выхлопных газов, Марина Петровна решила идти домой пешком.
Жила она в боковом крыле старинного бывшего барского особняка с белыми колоннами, на которые опирается небольшой балкончик. Она прошла через светлый, обширный двухсветный вестибюль, открыла дверь в маленький изящный зрительный зал, прошла мимо ряда старинных белых с золотом кресел, спускающихся амфитеатром вниз, мимо груды полых копий античных статуй из алебастра, наваленных без всякого порядка, спустилась на открытую сцену и вошла за кулисы театра. Навстречу ей выскочила пожилая костюмерша, вся обвешанная пачками, которые она несла в костюмерную. Мимо, стуча пуантами, пробегали молоденькие девочки в розовых трико. Увидев Марину Петровну, костюмерша повернулась к ней и требовательно сказала: «Комплимент!». Марина Петровна, выворачивая ступни, как настоящая балерина, низко поклонилась. После одобрительного кивка костюмерши, она отправилась восвояси.
Наконец она дома. Марина Петровна с облегчением вздохнула, опустила тяжелую, набитую книгами и историями болезни, сумку на пол и расслабилась. До того, как придется помогать соседу в разделывании лосося, а затем пить чай и вести длинные разговоры о театре и балете с усталой костюмершей, можно немного передохнуть – все мы заложники наших друзей и той социальной среды, в которой обитаем.
