– На 100 процентов, господин президент. Траектории установлены от каждой точки запуска. Кроме этого, каждое командование так или иначе, вовлеченное в операцию подтвердило о своей готовности. Осталось только дождаться, когда «Инферно» достигнет намеченной линии.
Президент расслабленно выдохнул, чувствуя, как капли пота сбегают по спине. И здесь все шло по плану. Осталось только по плану уничтожить астероид, и все. Делов-то.
– Ладно, генерал. Ваша группа отлично сработала. До удара держите в курсе. Осталось меньше часа, нам не нужны сбои.
Генерал сказал стандартное «да сэр», и ушел с поля зрения камеры. Президент повернулся к министру обороны.
– Ну что, похоже пока все ровно. Спокойно движемся к конечной цели.
– Уверен, у нас все получится, господин президент! – министр выдавил из себя улыбку.
Президент не был в этом так уверен, но был рад, что один из главных советников не пессимист, иначе уже давно можно было бы застрелиться.
– Увидим… осталось 50 минут… так, что… увидим. – развернувшись, он зашагал к кабинету. Его жена и двое дочерей пяти и восьми лет были уровнем выше, в спальных помещениях бункера. Связаться с ними можно было по внутренней линии, что он и собирался сделать. Ему не хотелось, чтобы жена приняла этот звонок, за прощальный, но понимал, что воспринято будет именно так.
Мало кто верил в успех ядерного удара по сорокамильному булыжнику. Конечно, как президенту страны, ему пришлось произнести твердую речь, наполненную надеждой на успех, верой в выживание и милость Творца. Позже он почитал комментарии к своей речи. Люди ему не поверили. Что ж, у них было на это полное право, ведь он и сам себе не поверил.
Президент сел за стол и снял трубку телефона. Через несколько секунд в ней раздастся мелодичный голос прекраснейшей женщины на планете. Возможно, в последний раз…
Энни уже потеряла счет улицам, переулкам, поворотам, когда они в очередной раз завернув за угол кирпичного дома, наконец остановились. Одна из девушек, с рыжими волосами, Стефани, опустилась на землю хватая воздух ртом. Ее сестра выглядела чуть лучше. Она, как и Энни оперлась о стену, стараясь восстановить дыхание. За то время, что беглецы крутили по улицам Денвера, мотоциклистов больше не было слышно. Других охотников группа также не встречала. Дважды они натыкались на блокпосты, из автомобилей экстренных служб, которыми огородили зону так называемого забега. Охранники на блокпостах открывали предупредительный огонь, скорее с целью предупредить, а не ранить. И все же это не утешало. Они находились в ловушке, которая вот-вот должна была захлопнуться.
Энни посмотрела на Карла. Лицо парня было бледным, губы плотно сжаты. Девушка прекрасно знала, что это означает. Он напряженно думал. Вероятно, придумывал план, искал выход.
Энни тронула его за рукав.
– Карл… что нам делать?
Парень перевел взгляд со стены дома на девушку.
– Пока не знаю… – голос Карла был глухим и напряженным. – но мы не можем умереть вот так… словно загнанный скот… надо выбраться!
Энни печально покачала головой.
– Мы окружены! Отсюда нет выхода.
– Думаю, все же есть… – медленно проговорил Карл.
Энни подалась вперед, чтобы спросить, о чем он говорит, однако в этот момент раздался грохот; прямо в лицо им больно ударили мелкие каменные крошки и осколки от стены у которой они укрывались. Девушка не успела сообразить, как Карл резко потянул вниз, крича:
– Ложитесь!
Уже лежа на тротуаре, Энни увидела, как Стефани и ее сестра, отчаянно вопя, бросились из переулка, пытаясь уйти от обстрела. Едва они выбежали на улицу, оказавшись на открытом пространстве, как сестра Стефани схватилась за грудь. Девушка покачнулась, попыталась дотянуться до сестры, но тело обмякло, и она повалилась на спину.
– Рэйми! – Стефани бросилась к неподвижно лежащей сестре. – Рэйми! О, Боже… помогите кто-нибудь! Рэйми! Нет… нет…
Стефани зарыдала, смотря по сторонам, и продолжая звать о помощи. Руки ее обагрились кровью, которая продолжала стекать с груди сестры, образуя на асфальте красную лужицу.
Энни не могла оторвать взгляд от происходящего. Ее сердце разрывало на части – вся сущность внутри кричала: «помоги», но она прекрасно отдавала себе отчет, что это равносильно самоубийству.
Стефани склонилась над бездвижным телом сестры. Она больше не кричала, а обхватив руками Рэйми, тихо плакала. Глубокая боль наполняла каждую клеточку тела, пронзая словно длинные иглы. Лучше бы она была на месте младшей сестры. Рэйми не заслужила этого. По всем параметрам она была одним из лучших людей на планете. Добрая, не эгоистичная, терпеливая, готовая всегда прийти на помощь. А сколько обид она стерпела от нее, Стефани? Все потому, что в тайне Стефани всегда завидовала ей. Рэйми, терпела и продолжала хорошо относиться к старшей сестре. И вот теперь, она тут – в крови, без намека на жизнь. Стала жертвой безумцев. Стефани уронила голову на окровавленную грудь Рэйми и заплакала еще сильнее.