Но этот день был особенным. И не потому, что Лале играла с шехзаде Баязидом, дерясь на игрушечных ятаганах. И не потому, что все сегодня решили не портить друг другу настроение. За долгое время в гарем пришли письма от повелителя. Эмине и Гюльшах тут же принялись читать ответы на свои письма. Мехмеду явно не до них, но чуточку любви и внимания красавицам перепало.
— Лале-султан, — Рейхан-ага улыбнулся шехзаде, который вот-вот победить госпожу: Лале поддалась и незаметно разжала руку, чтобы мальчик смог выбить игрушку из её рук.
— Рейхан-ага? — евнух такого занятия не одобрял, но сегодня причитать не стал. Молча протянул футляр.
— Ты первый, — Лале оглянулась: Баязид бежал к матери, довольный своей победой. Женщина благодарно ей улыбнулась. А маленький Мустафа закричал от радости просто так.
— Госпожа, — пришлось снова смотреть на этого сурового стража порядка, — повелитель пишет, что победа близится, вам стоит выехать первой, — Лале нахмурилась. — Портрет, госпожа моя, и султан просит, чтобы вы забрали свои предыдущие работы, совсем скоро столицей империи станет завоёванный город, — евнух поклонился.
— Разумно ли будет осваивать его так быстро? Лучше укрепить защиту, — Лале всё же взяла письмо и перечитала.
— Не могу знать, госпожа, но стоит торопиться, — так как в письме сказано, что в день победы навстречу ей должен выехать Раду. Мехмед оказывает ей огромную милость, позволяя прибыть в Константинополь верхом, а не в карете, как положено женщине из гарема. Лале отдала евнуху футляр и поспешила в свои покои, стоит начать приготовления всему гарему. А ей уже завтра предстоит покинуть это место, полное воспоминаний.
†††
С Раду они встретились на полпути. И когда подъехали к Константинополю, Лале пересела на лошадь. Благо, только подходящую одежду всю дорогу и носила. Вокруг завоёванного города располагалась тысяча шатров, стены уже отстраивали. Главные врата только-только восстановили, но это не прибавляло им чести на общем фоне. Раду показал страже какую-то печать, и их спокойно пропустили.
Великий златой град был разрушен. Воины османов неплохо так разгулялись, ближе к центру всё цело. Но уже тогда она видела крышу Айя-Софии и башни дворца, где, по рассказам, всюду весела багряная ткань. Лошади спокойно шли, люди кругом смотрели по-разному. Некоторые, казалось, вот-вот набросятся. Раду, заметив волнение Лале, поспешил успокоить:
— Они не посмеют, к тому же, почти никого не тронули, только самых резвых, — для него это так обыденно! Но в то же время Раду восхвалял людей, стоявших до самого конца.
— Куда мы сейчас? — на ближайшем перекрёстке они наткнулись на Заганоса-пашу, рядом с ним был и Аслан. Они объезжали город, проверяли, кто и как работает, кто и в чём нуждается. Аслан даже не взглянул на неё, поспешил отправиться дальше. Паша же выказал своё почтение госпоже и спросил, что она думает о победе Мехмед Хана. О её вопросе благополучно забыли.
— Да будет доволен Аллах этой великой победой, — на самом деле, становилось не по себе. Реальность оказалась далека от того, что рассказывали в детстве. Не один год понадобится на восстановление города и его величия. И всё же вот она сбывшаяся мечта османов и всего мусульманского мира. Заганос-паша уловил настроение госпожи и поспешил отпустить их.
Только отправились они не во дворец, а в Айя-Софию. Теперь это не собор — мечеть! Когда до неё оставалось всего ничего, Лале почувствовала себя очень странно. Она обернулась, как будто кто-то прожигал её взглядом. Но так и не увидела никого подозрительного. Только переступив порог мечети, госпожа почувствовала себя в безопасности.
— О, вы приехали! — неожиданными были объятия Мехмеда: сначала Раду обнял его в ответ, а потом и Лале закружили на месте. — Только долго не смотри, а то ругаться будешь, — миг назад он радовался её приезду. Но да, всматриваться не нужно, чтобы понять, что и это место разграбили.
— Мальчишка, — Лале опустила голову, когда двое посмотрели на неё с недоумением. — Вы такой мальчишка, повелитель. Как же мне вас изображать? Молодой мужчина, завоеватель, а ведёте себя… — стараясь не придавать голосу лишних и неуместных нот, госпожа осторожно подняла голову.
— Раздражаешь, хатун! — Мехмед махнул рукой. К нему подошёл мужчина со свитками. Чуть наклонил, и Лале увидела чертёж. Султан принялся за восстановление. И сейчас, не отрываясь от просмотра, повелел: — Отправляйтесь во дворец, пусть госпожа там отдохнёт. Я надеюсь, мой гарем сюда не прибудет сегодня-завтра, — ничего ещё не готово.
— Они будут ждать приказа, — незамедлительный ответ. Довольный Мехмед кивнул и махнул рукой. Лале устало выдохнула и пошла за Раду. Они остановились на пороге мечети, и госпоже снова стало не по себе. Откуда может быть этот взгляд? Людей не так много, так почему же так сложно понять?
— Лале-султан? — Раду проследил за направлением её взгляда, но ничего странного не обнаружил. А сердце Лале неспокойно забилось.
Что не так?
========== …во тьме ==========
Комментарий к …во тьме
Надеюсь, вы примите такое развитие событий.
