Из-за угла поспешно выскочили две женщины, те самые, что шептались, нарочито весело закричали:
— Девушки, парни, веселья мало! Княгиня наша заскучала!
И принялись петь звонкую песню. Молодежь высыпала на улицу, подхватила слова, пустилась в пляс. Мелькали цветастые полосатые юбки девушек, белоснежные полушубки парней. Улыбки, полные волнения и страха, кружились нестройным хороводом.
Рада рассмеялась, пустилась танцевать, увлекая за собой Жанну.
— Танцуй, графиня! — Азартно крикнула она. — Сегодня веселимся!
Жанна вырвалась из толпы, сердито оттолкнула девушку, что попалась на пути.
— Стой! — Рада настигла подругу. — Не нравится? — Она развернула графиню к себе. — Сама хотела на них посмотреть, а теперь нос воротишь?
В золотых глазах плясали волчьи огоньки. Рада злилась и уже не напоминала беззаботную девчушку. И уж тем более светлую и милую Маргери.
— Развлечемся, по-моему! Хочешь знать, чего они стоят, эти смертные? — Не дожидаясь ответа, Рада громко свистнула, люди замешкались, пение прекратилось. — Хочу видеть Вика!
Кто-то охнул, люди зашептались в страхе.
— Где ты, мой разлюбезный? — Елейно пропела Рада. — Не забыл еще? — Ее взгляд остановился на людях.
Те расступились, пропуская вперед уже не молодого мужчину. Жанна удивленно уставилась на незнакомца: черты лица напоминали ей безумного Кейна! Тот же острый нос, косматые брови, скульптурное чеканное лицо, только взгляд уставший. Присмотревшись, графиня поняла: похож, да не совсем. Мягче и живее был незнакомец, было в нем слишком много человеческого, теплого и близкого.
— Постарел. — Деланно вздохнула Рада, приближаясь к мужчине. Даже снег не хрустел под ее плывущей походкой. — Скучал ли?
Она кружила возле Вика, точно волчица на охоте, не сводя взгляда. И мужчина своих глаз не отводил, но стоял уверенно, прямо.
— К чему все это? — Недовольно спросила Жанна. — Повеселились и хватит. Оставь их.
Предчувствие чего-то неприятного и непоправимого поселилось в душе.
«Нравится он ей, на короля похож» — мелькнуло в голове. И Рада эту мысль перехватила.
— Похож, да не совсем. — Ответила она Жанне. — Не хочет Вик божьего дара, ему противна сама мысль о перерождении. — Усмехнулась девушка и красивое лицо исказилось. — А против воли не Обратишь. Этого надо желать. Стареть и умирать приятнее, чем быть вольным, да, Вик? — Она застыла возле него, заглядывая в лицо.
— Глуп да молод был, княгиня Рада! — Вступила в разговор одна из женщин. — Что с нас смертных взять, не чета мы вам! Оставь его, княгиня, выбери другого!
— Наши парни за честь примут! — Подхватила вторая. — Любого выбирай.
— Вся семья их упрямцы! — Поддакнул молодой парень, — и потомство такое же!
— Потомство?! — Воскликнула Рада.
Она впилась руками в плечи Вика, прожгла взглядом.
Жанна понимала, что происходит: Рада читала воспоминания мужчины. Это было отвратительно. Все самые сокровенные минуты, отголоски чувств и желаний перебирались бесцеремонно и нагло.
— Прекрати! — не выдержала Жанна и толкнула подругу.
— Не лезь! — Рада с силой отшвырнула девушку, будто не была хрупким созданием. Жанна кубарем покатилась по снегу.
— Меня променял на смертную… — Рада вздохнула. — Привести!
Толпа загудела, но приказ исполнили.
Женщину с двумя ребятишками вытолкнули вперед.
Вик, кажется, впервые потерял самообладание и кинулся к своей семье.
— Стоять! — Рада уперлась ладонью в его грудь.
Верийка рассмотрела соперницу и ее детей. Женщина крепко прижимала к себе двух мальчиков не старше 10 лет.
— Убожество! — Резюмировала Рада. И, небрежно вскинула руку.
Жанна, вытирая лицо от снега, увидела, как женщина застыла.
— Мама? — Испуганно пролепетал один из мальчиков.
— Мама, что с тобой? — Второй ребенок ухватил ее за руку.
А женщина бледнела на глазах, оседая на грязный снег.
— Рада, прекрати! — Взмолился Вик, кидаясь к супруге.
— Стой, где стоишь! — Улыбнулась верийка. И ноги мужчины точно приросли к земле.
Лицо Вика исказила мука: он был не в силах преодолеть нечто, что сдерживало его на месте. С трудом сделал он шаг, еще шаг. Но медленно. Слишком медленно, чтобы помешать княгине.
Дети испуганно окликали мать, та продолжала умирать, но никто из них даже не шелохнулся! Жанна видела в их глазах испуг и покорность.
Развлекаясь, Рада отпустила Вика. Он схватился за нож, что висел на его поясе.
— Ненавижу тебя! — Яростно крикнул Вик, кидаясь на Раду, но верийка лишь расхохоталась, отшвырнула его легким взмахом руки.
— Рада, перестань! — Жанна не торопясь приближалась к девушке. — Что ты хочешь доказать? Нельзя быть любимым насильно, Рада. Ты убиваешь ее! У нее же дети!
— Двое щенков! — Расхохоталась Рада, червонные глаза пронзили лоринку. — Этой грязи в Вересе полно, еще наплодится!
Вик снова и снова пытался напасть на княгиню, но тщетно. Ловкая и быстрая, девушка ускользала в последний момент. Лишь раз коснулось лезвие плеча верийке, но та со смехом скрылась вновь.
— Чего ты хочешь от меня? — Отчаянно взмолился Вик, прекратив все попытки.
