– У тебя, как у архитектора, множество талантов. Вы умеете не только строить, но и сервировать, – с улыбкой произнесла она. – Хотя, судя по восстановленному поместью Бряцаловых, именно архитекторы и понимают, что такое красота.
– Я рад, что тебе здесь нравится, – сказал Максаков. – Правда, приготовленные мною блюда будут уступать сервировке стола. Признаюсь, я не очень хорошо готовлю. Приходилось в процессе готовки звонить тётушке, консультироваться и уточнять каждое действие.
Действительно, запечённые в духовке картофель и мясо оказались суховатыми, да и салату не хватало пряностей в заправке, но Варя искренне похвалила хозяина квартиры, тем более что он в этот вечер вновь оказался интересным собеседником, хоть они и обсуждали сегодняшний спектакль.
– В детстве Мальвина казалась мне ужасно скучной девочкой, педантичной, – призналась Варя, – но когда я оказалась на практике в школе, то посочувствовала ей. Как же это трудно – научить хоть чему-то абсолютно бестолкового и к тому же невероятно упрямого ребёнка! Требуется просто безграничное терпение, чтобы ученик начал понимать учителя и сделал первые успехи. А она, бедная, так старалась!
Неожиданно в дверь позвонили.
– Странно, – произнёс архитектор. – Сегодня вечером я никого не жду.
Он вышел в коридор и вскоре вернулся с женщиной, в которой Варя узнала ту самую брюнетку, чьему появлению в ресторане удивилась Нонна Теплова. Брюнетка, как и тогда, была одета в элегантный костюм, а её волосы были уложены на затылке красивым узлом.
– Знакомьтесь, это Галина Сергеевна, – несколько натянуто и официально произнёс Максаков, – вдова моего отца, а это Варвара Владимировна.
Варя по голосу и выражению лица архитектора поняла, что он совсем не рад визиту своей родственницы. Она вновь отметила про себя ухоженность и красоту брюнетки и по её острому взгляду поняла, что та мгновенно оценила всю обстановку.
– Прошу простить меня, – произнесла женщина. – Я не хотела помешать вам!
В голосе её звучала большая искренность, в которую хотелось верить.
– Феликс, милый, извини, что вторглась к тебе без предупреждения. Я же не знала, что ты пригласил к себе приятельницу. Ты ведь просто сказал, что будешь занят в эту субботу, – продолжала искусно оправдываться Галина Сергеевна. – Правда, это так непривычно. Феликс всегда ужинает у нас по субботам, – объяснила она Варе. – Семейные традиции есть семейные традиции. Ну а мне ещё с утра позвонила Моника и попросила заглянуть к ней. Пришлось поехать. Ты же в курсе, что во вторник нас всех ждут на телевидении. Моника показала мне фотографии и вырезки из газет, которые ей на днях из Праги прислала Павлина Георгиевна Сущевская. Её отец, как ты помнишь, с юности дружил с твоим дедом. Ну, вышла я от Моники и поняла, что не смогу дойти до остановки, а ведь я так хотела пройтись немного пешком. Подышать свежим воздухом. Но опять эта правая нога! Профессор Дубинин был прав, когда сказал, что она будет мучить меня до самой смерти. Да, за любимую профессию приходится платить, и весьма дорого. Это всё результат травмы, полученной в молодости на репетиции. – Последняя фраза была адресована Варе и произнесена весьма доверительным тоном. Галина Сергеевна вздохнула с облегчением. – Как хорошо, что ты живёшь недалеко от Моники!
– Я вызову вам такси, – сухо произнёс архитектор.
Галина Сергеевна правдоподобно охнула, гримаса боли исказила её лицо. Варя была восхищена мастерством этой женщины. «Какая великолепная актриса», – подумала Варя. Она поняла, что ужин закончен, что отделаться от пришедшей у них не получится, что они неизменно проиграют этой женщине: Галина Сергеевна или останется здесь до конца, или вынудит их поступить так, как она задумала, а в том, что она что-то задумала, Варя нисколько не сомневалась.
– Да ведь они же совсем не умеют возить пассажиров, – с хорошо изображённым отчаянием произнесла Галина Сергеевна, – тем более таких возрастных, как я. Да, да, мне уже идёт седьмой десяток, – не без кокетства произнесла она, словно бы возражая удивлённому взгляду Вари, который Варя должна была бы непременно бросить на неё, или словам, в которых бы прозвучало недоверие, если бы Варя их произнесла, потому что Галина Сергеевна действительно выглядела хорошо. – Я посижу немного у тебя, если ты не возражаешь, а потом соберусь с силами и попробую как-нибудь дойти до остановки.
Варя мысленно улыбнулась. «Какая умная женщина, – подумала она. – Решила выяснить, что за чужой человек появился рядом с её ближайшим родственником, но я ей такого удовольствия не доставлю».
– Феликс Александрович, по-моему, никак нельзя допустить, чтобы Галина Сергеевна с больной ногой добиралась до дома общественным транспортом, так что прошу вас проявить сострадание и милосердие, – произнесла Варя и встала из-за стола.
– Вы просто прелесть. – Галина Сергеевна послала Варе воздушный поцелуй. – Я вам так признательна!
Варя улыбнулась ей в ответ и вышла в коридор.
