– Да это же парик! – возмущённо воскликнул Арсений. – Нормальные люди не носят голубые волосы.
– Ну почему же, – сказала Вера, – люди красят волосы и в розовый, и в жёлтый цвет.
– И в зелёный! Я люблю зелёный. Это мой самый любимый цвет, – добавил Артём и откусил от эклера.
– У тебя шоколадный крем прямо на рте, – заметила Ирочка.
– Не на рте, а на губах, – презрительно поправил её Арсений.
Варя взглянула на часы.
– Вы куда-то торопитесь? – спросил Максаков.
– У меня занятие. Неожиданно образовались две новые группы из маркетинговых менеджеров.
– Молодые менеджеры? – поинтересовалась Вера.
– Тридцать пять – сорок, – ответила Варя.
– По сравнению с твоими пенсионерами просто вьюноши.
– Среди них есть одна девушка, – улыбнулась Варя. – Правда, она старше всех, ей под пятьдесят – это руководительница их организации, но остальные действительно довольно молоды.
– Зачем этим менеджерам французский язык, если сейчас у всех рабочий – английский?
– Во-первых, так пожелало руководство. Во-вторых, они собираются всей компанией в путешествие по Франции. Хотят взять напрокат автомобили и посмотреть все значимые места. Особенно их интересуют старинные замки. Непременно хотят увидеть замок Юссе.
– Замок Спящей красавицы? – улыбнулся архитектор.
– Я тоже хочу увидеть замок Спящей красавицы! – воскликнула Ирочка.
– Непременно увидишь, как только вырастешь, – сказала Варя. – Ну, мне пора.
– Я подвезу вас, – произнес, вставая из-за стола, Максаков.
– В котором часу заканчиваются ваши занятия? – поинтересовался он, когда они сели в машину.
– В семь, ну, может быть, в половине восьмого, если будут какие-нибудь вопросы по теме литературы или культуры, а они обычно бывают.
– Я за вами заеду.
Архитектор действительно ждал её, стоя возле машины, на парковке, находившейся напротив языковой школы.
– На вашей улице просто ряд образовательных учреждений, – сказал Максаков, когда Варя, пройдя по пешеходному переходу вместе с двумя девочками, которые несли нотные папки, подошла к нему.
– Да, в соседнем с нами здании находится музыкальная школа, а чуть подальше от нас, правда, на другой стороне – музыкальное училище. Между прочим, по воскресеньям студенты училища дают бесплатные концерты в художественной галерее. Надо только приходить заранее, чтобы занять место, потому что стульев обычно для всех не хватает, так что мне пару раз пришлось слушать стоя… – Варя оборвала себя на полуслове. Ей вдруг пришло в голову, что Максаков может истолковать её слова неверно, решив, что она напрашивается на то, чтобы он позвал её на концерт.
В это время проезжавшая мимо них машина притормозила, и Максаков кивнул водителю. Варя увидела, что за рулём сидит женщина, однако из-за тёмных стёкол её внешность было трудно разглядеть.
«Вечно я говорю не то, что нужно», – расстроенно подумала Варя, но архитектор неожиданно произнёс:
– Я приглашаю вас к себе на ужин.
Варя с трудом сдержала изумление.
– Когда? – не без труда вымолвила она.
– Прямо сейчас.
Максаков жил в просторной двухуровневой квартире. Должно быть, на втором этаже находилась спальня, потому что внизу были расположены кухня и большой кабинет. В кабинете было много стеллажей с книгами, а ещё два стола: один письменный, на котором стояли компьютер и другая оргтехника, второй стол был похож на верстак, и на нём лежали большие листы бумаги.
– Так вот как живут настоящие волшебники! – с улыбкой произнесла Варя.
Максаков озадаченно посмотрел на неё.
– Зина, коллега Нонны Тепловой, зовёт вас волшебником, – объяснила она. – Она в восторге от того, как вы отреставрировали поместье Бряцаловых.
Архитектор рассмеялся:
– Когда человек не испытывает недостатка в средствах, ему подвластно многое, даже то, что считается невозможным и утраченным. К тому же я работал не один: со мной трудилась целая команда высококлассных специалистов-волшебников.
Варя заметила, что на первом этаже, где они находились, не висело ни картин, ни панно, ни фотографий. Правда, всё же одна фотография была. Она стояла на одной из книжных полок и была чёрно-белой. Варя подошла поближе, чтобы её рассмотреть. Фотограф запечатлел небольшую группу, состоявшую из пожилой четы, женщины средних лет и подростка, в котором Варя узнала хозяина квартиры. Все четверо на фотографии улыбались так весело, что Варя подумала, что их, должно быть, что-то рассмешило.
– Это дедушка с бабушкой, тётя и я, – сказал Максаков, стоя рядом с ней, – а фотографировала нас мама. Как тебе это семейство?
Варя невольно вздрогнула. «Ну что ж, я тоже согласна перейти на „ты“, тем более что вы мне очень нравитесь», – подумала она и, улыбнувшись, ответила:
– По-моему, хорошее семейство, дружное. А твоя тётя, она тоже архитектор?
– Ты угадала, – засмеялся Максаков. – Но сейчас она преподаёт в архитектурно-строительном университете, а ещё занимается наследием моего отца и деда. Всё время что-то пишет и печатает: статьи, очерки, воспоминания. Вот сейчас надумала опубликовать письма деда к бабушке и её к нему.
Они прошли в кухню, и Варя увидела красиво накрытый стол.
