Сумерки Эдинбурга полностью

Мальчик снова оглядел улицу, но она оставалась пустой, если не считать молочника Коба, вышедшего на свой ежеутренний обход в компании рыже-чалого Тимоти. Коб был по душе Дереку — иногда он угощал мальчика кружкой молока за то, что тот придерживал вожжи — но Тимоти нравился ему еще больше. Дерек вообще отлично ладил с лошадями. Воруя яблоки, он всегда прихватывал парочку и для Тимоти, а потом угощал друга, придерживая вожжи, пока Коб ходил от крыльца к крыльцу.

А сейчас яблок не было, и Дерек почувствовал, как его голодный желудок сжался. Да где ж, черт его дери, этот никчемный Фредди Каббинс? Дерек начал придумывать, что скажет, когда тот наконец-то явится, и тут до него донеслись торопливые шаги. Так и есть, это был отчаянно поспешающий Фредди. Им уже стукнуло по десять, но Фредди был выше и на полстоуна тяжелей приятеля, с песочными волосами и глуповатой дружелюбной физиономией. Дерек же, напротив, был маленьким, жилистым, черноволосым и притом несомненным лидером в их дружбе. Фредди напоминал большого нескладного щенка, а Дерек не болтал без дела и следил за всем вокруг в оба. Скрестив руки, он замер, грозно глядя на задыхающегося от быстрого шага Фредди.

— Ты где был?

— Извини, Дерек, только не ругайся, ладно? Проспал я.

— Ладно, идем, пока все не забрали. — И они кинулись по ступенькам, которые вели сразу к нескольким пабам под Южным мостом. Истощенное зимнее солнце только-только начало карабкаться в небо над Ферт-оф-Фортом, а мальчишки уже вовсю обшаривали углы проулка Стивенло-клоуз.

— Эй! — крикнул Фредди Дереку, который шарил в бочке с пустыми устричными ракушками. — Смотри, что я нашел! — Дерек поспешил к другу, копавшемуся в мусорной куче на задворках паба. — Ты только погляди! — торжествующе воскликнул Фредди, отдергивая обрывок клеенки, скрывающий два надкусанных куска хлеба и половину отличной толстой сосиски.

— Постой, — сказал Дерек и ткнул пальцем в лежащую поодаль груду одежды, — а это что?

— Ботинок, — сказал Фредди и ткнул находку ногой. А потом он побледнел: — Иисусе, это ж… это ж…

— Иисусе… — вторил ему Дерек, помрачнев. Прямо перед ними, между мусорным баком и бочкой с водой, лежал мужчина, уставившись невидящим взглядом в светлеющее небо нового дня. Они ни разу не видели мертвеца и все же сразу все поняли.

— Н-нам это… позвать кого-то надо, — сказал Фредди.

— Позовем, — ответил Дерек, пятясь и совершенно позабыв о завтраке. Мальчишки бросились прочь, даже не подозревая, что в скрывающей дальний конец проулка тени притаился тайный соглядатай. Смотря мальчикам вслед, он задрожал от восторга. О, в сердце людском столько зла, что и не знаешь даже, с чего начать…

Сперва главный инспектор Крауфорд не поверил собственным глазам. Едва он успел усесться за стол, как перед ним, словно самый настоящий банный лист, появился инспектор Гамильтон — и когда? В субботу, ради всего святого! Крауфорд крепко потер саднящие от недосыпа глаза в робкой надежде, что это лишь плод воображения его перетрудившегося мозга, но нет — перед ним стоял чертов юнец во плоти с нетерпеливо горящим взором.

— Господь всемогущий, да вы вообще спите когда-нибудь?

— «Сном окружена вся наша маленькая жизнь»[8], сэр.

Крауфорд стиснул зубы.

— «Гамлет»?

— «Буря». А вы не слишком уж жизнерадостно выглядите, если позволите заметить, сэр.

— Не позволю, — проворчал Крауфорд, наливая чашку чая из стоящего тут же, на столе, синего керамического чайника. Он пришел сюда в субботний день разгрести кое-какие бумаги, и до сих пор в участке было тихо как в могиле. Единственным проникшим сквозь толстые стены звуком был звон отбивающих время церковных колоколов. Десять часов. Крауфорд вздохнул:

— Если вы считаете, что я невзлюбил вас, Гамильтон, то вы абсолютно правы.

Однако это его замечание не возымело ни малейшего эффекта.

— Вы уже видели утренние газеты, сэр? — только и спросил Гамильтон.

— Господи, да я еще даже чая выпить не успел, — ив качестве иллюстрации к сказанному Крауфорд сделал большой глоток обжигающего чая, едва не обварив себе язык. Потом не без труда сглотнул и воззрился на Гамильтона: — Ну так что? Расскажете мне, что там такого интересного в этих ваших газетах?

— Я взял одну с собой, чтобы показать вам, сэр, — сказал Гамильтон и кинул на стол начальника номер «Шотландца». В глаза главному инспектору бросилась набранная крупным шрифтом передовица: