- Не надо, мама.
Поликсена улыбнулась. Она еще раз прижала сына к себе, проведя рукой по темным волнистым волосам, которые он уже перехватывал шнурком, подражая отцу. Поликсена знала, что маленький спартанец не раз сбегал от своих воспитателей на площадь - поговорить со статуей мраморного воина, которую полюбил, почти как любил бы живого отца и наставника…
- Иди на занятия, - велела Поликсена мальчику. Вспомнив Ликандра, она чуть было не разрыдалась при сыне снова: но нужно было держаться. Ведь она обещала этому спартанскому мальчику, что больше не заплачет!
Поликсена продержала персидскую княжну под стражей четыре дня. За это время она провела тщательное дознание, расследовав обстоятельства смерти Нитетис. Были допрошены все, кто в час смерти Нитетис мог находиться поблизости: эллины, персы и египтяне. Однако все в один голос утверждали, что не видели, как на царицу напал аспид.
Эвмей, любимый слуга Филомена, который сопровождал Нитетис с утра и поднял тревогу, был допрошен под пыткой. Юноша клялся, что Нитетис сама велела ему оставить ее одну, выйдя в сад… но Поликсена вовсе не исключала, что этот молодой эллин мог быть подкуплен или запуган Артазострой.
До сих пор царица ни к кому еще не применяла пыток - ей глубоко претило это; хотя ее военачальники на местах, в других городах Ионии, порою поддерживали порядок таким образом. Но сейчас Поликсена переступила через себя. Только убедившись, что исполосованный кнутом, едва живой Эвмей продолжает все отрицать, глядя ей в глаза, она велела оставить его в покое. Когда царица вышла из комнаты, где допрашивали раба, юноша тотчас потерял сознание.
Поликсена решила, что больше не станет держать Эвмея при себе - отошлет подальше, на конюшню или на общую кухню. Едва ли он теперь попытается отравить ее…
Она медленно вышла из дворца и направилась на площадку, где упражнялась с Анаксархом. Теперь это станет ее любимым местом, после зала с фонтаном…
Анаксарх нагнал госпожу у дверей. Воин чувствовал, где искать ее, даже когда госпожа не нуждалась в нем.
Поликсена безжизненно посмотрела на своего охранителя, потом сказала:
- Ну что ж, пойдем подеремся. Сейчас я ничего больше не хочу.
Эллинка уже шесть дней не упражнялась… с самого приезда Нитетис. Сейчас она чувствовала себя так, точно никогда в жизни не сможет поднять даже хлебный нож, не то что меч. Но, несмотря на это, эллинка пошла в оружейную и оделась в доспех, яростно затягивая ремни и закрепляя штыри.
Когда же Поликсена вышла на площадку, при виде вооруженного противника вдруг почувствовала, сколько в ней ярости. И она набросилась на рыжего ионийца, атакуя так стремительно, что Анаксарх едва успевал уворачиваться. Поликсена остановилась только тогда, когда уперла острие меча ему под подбородок.
Глядя в глаза своей ученице, Анаксарх впервые осознал, что сейчас она действительно способна прикончить своего противника: прикончить любого врага. Время бесплодных терзаний прошло!
- Ты победила… Опусти оружие, царица, - попросил он.
Поликсена медленно отвела меч.
Она направилась к каменной скамье под стеной, на ходу стаскивая шлем. Села, опустив голову.
Анаксарх примостился рядом. Он чувствовал, что сейчас творится в этой голове.
- Царица, госпожа… Ты знаешь, кто убил ее величество Нитетис. Убей ее, пока она не напала на тебя первой! - мягко, но настойчиво сказал он.
Поликсена долго молчала.
- Убить, - наконец произнесла коринфянка с холодной усмешкой. - Это легко, старый солдат!
Она повернулась к нему.
- Я теперь не верю, что это сделала Артазостра. Она не могла! Я была ослеплена гневом, как Геракл… и слава богам, что остановили мою руку.
Поликсена тяжело вздохнула.
- У меня никого не осталось, кроме этой женщины. И у этой несчастной тоже никого нет, кроме меня.
Через два дня к Поликсене пришел Тураи. Бывший жрец дожидался в Милете окончания срока траура вместе с другими египтянами, чтобы потом сопроводить тело царицы назад, в Черную Землю. Но Тураи сказал эллинке неожиданные слова.
- Госпожа, если ты позволишь, я хотел бы остаться при тебе и служить тебе советом и делом. Я знаю, как тебя любила великая царица. И даже если ты откажешь мне, я все равно не вернусь в Та-Кемет, под руку царского казначея!
Поликсена была изумлена, но ей по сердцу пришлись слова Тураи. Особенно выказанное им отвращение к Уджагорресенту.
- Хорошо, я принимаю тебя на службу. И я рада такому слуге, - сказала царица Ионии, немного поразмыслив. Она вдруг почувствовала, глядя в умное решительное лицо Тураи, что этот человек еще немало пригодится ей.
* В зороастризме река расплавленного металла, в которую должны были погрузиться люди после воскресения из мертвых. Праведникам она должна была показаться парным молоком; грешники же должны были испытать все возможные страдания в той же мере, в какой сами причиняли зло другим, и только после этого могли быть очищены.
========== Глава 103 ==========
