- Посмотри, - он широким жестом обвел людей на судне. - Каждый из них понимает, сколь мало от него зависит и сколь ничтожны его познания в настоящем перед тем, что принесет следующий час! Но все вместе люди действуют так, словно несравненно более могучая воля ищет и находит им применение.
- Какие же промахи тогда делает эта твоя могучая воля, - мрачно произнесла Поликсена.
- Да, - согласился Гобарт. - Наш величайший бог тоже учится. Какое совершенство может быть без вечного движения к совершенству?
А потом перс указал вперед.
- Взгляни на свой флот, царица.
Поликсена посмотрела в этом направлении и, задохнувшись, резко встала. Перед ними нарисовался Саламин, его глубокие бухты, богатые рыбой, фисташковые рощи и сады. И у берега выстроились не десять персидских судов, а не меньше полутора десятков. Теперь у коринфянки при всем желании не получалось думать, что такой флот был послан с целью захватить ее и в цепях привезти к Дариону…
Поликсена взглянула на Гобарта, и военачальник кивнул и поднялся, мгновенно поняв ее.
- Я покажу тебе эти корабли.
* Закрытое место гребца на судне.
* Декоративная композиция в виде сплошной горизонтальной полосы, располагающаяся под карнизом архитектурного сооружения.
========== Глава 155 ==========
Гобарт громогласно приказал всем кораблям развернуться и построиться полукругом, и его приказание было тут же повторено капитанами остальных судов своим командам. Поликсена уже видела, как такое бывает, и ее опять заворожило это зрелище, - слияние всех этих бесчисленных воль в единую, в морское чудовище, послушное хозяину. Триере, на которой плыла эллинка и сам Гобарт, военачальник приказал медленно проследовать вдоль ровной линии, образованной носами кораблей. Точнее сказать, боевыми таранами, - такой имелся у каждого судна.
Поликсена холодела, ощущая на себе множество жадных, пристальных взглядов. Ведь на нее сейчас смотрели не просто варвары - а воины и мужчины, надолго отлученные от женщин, азиаты, которым приказали признать владычество женщины!
Она понимала, что опытный военачальник вознамерился не столько показать флот царице, сколько царицу - ее корабельщикам. И Поликсена стояла прямо, оглядывая персов, ионийцев и карийцев, столпившихся на кораблях, гордо и с некоторым вызовом. Если она дрогнет сейчас, это может означать гибель для нее и для всех, кого она привела с собой!..
И, удивительное дело, - по мере того, как Поликсена миновала корабль за кораблем, встречая взгляды незнакомых мужчин, она начала не подаваться перед ними, а наоборот: коринфянка ощутила, что ее наполняет и окрыляет новая сила. Ее глаза заблестели, победная улыбка тронула губы: азиаты и греки начали потуплять взгляды перед необыкновенной женщиной, а кое-кто и опускался на колени. Пример первых покорившихся заражал остальных.
Поликсена торжествующе обернулась к Гобарту, возвышавшемуся у нее за плечом. Перс кивнул: он готов был рассмеяться от радости, но сдерживался.
- Да, - сказал он. - Вот так побеждают цари.
Неожиданно Гобарт простер над Поликсеной руку и выкрикнул:
- Это ваша наместница и законная государыня, волею царя царей! Славьте ее!..
Этот крик потряс Поликсену, едва не лишив равновесия; а ответный восторженный рев, прозвучавший с кораблей, оглушил ее. Она стояла, бледная, с высоко вздымающейся грудью, и озирала людей, которые отныне принадлежали ей и теперь самозабвенно выкликали ей хвалу. А потом царица сама вскинула обе руки, приветствуя моряков, и новая волна восторгов ударила ей в уши.
Поликсена поклонилась своим подданным; и когда выпрямилась, услышала, что славословия начали стихать. Гобарт сзади опустил свою твердую руку ей на плечо.
- Дарий не ошибся в тебе, - негромко сказал он. - Но пора удалиться.
Поликсена повернулась - язык ей не повиновался; пошатываясь, она пошла прочь, и воины тотчас загородили ее от взглядов подданных. Гобарт один последовал за ней.
- Сюда, в мою каюту, - сказал он.
На триере была единственная каюта - для начальника. Даже капитан спал вместе со своими людьми, претерпевая такие же неудобства.
Гобарт опустил синие шелковые занавеси, и они с гостьей остались в полумраке, при свете лампады, подвешенной на цепях под потолком. Стены каюты были отделаны ореховыми панелями, изображавшими диковинные существа - крылатые, с бычьими и львиными туловищами и человечьими головами.
- Садись, - наполовину предложил, наполовину приказал перс.
Поликсена бросилась в одно из кресел, с ножками в виде львиных лап, прикрепленными к полу.
- Я не понимаю, - быстро проговорила она, когда смогла отдышаться. - Мне все чудится в этом подвох. Почему Тизасп сказал мне, что меня ждет десять кораблей?.. Где он сам… и где твой брат, Мануш?
- Мой брат на третьем корабле слева - он привел пять судов из Персии. Он приветствовал тебя в числе других, мы с ним видели друг друга, - ответил военачальник.
