Перс остался стоять - заложив за спину руки и расставив ноги. В неподвижной его фигуре теперь ощущалась угроза, затаенный гнев. Но Поликсена видела, что эта угроза обращена не к ней. Гобарт как будто что-то понял - ему открылось это совсем недавно…
А потом перс устремил взгляд на сидящую царицу. Сжимая губы, он с расстановкой сказал:
- Тизасп - дважды изменник. Он заманивал тебя в западню.
Поликсена подозревала это с самого начала. Но услышать подтверждение своих мыслей из уст перса, уже находясь на персидском корабле…
Ее охватила слабость, мощная фигура Гобарта, одетая в пурпур и золото, расплылась перед глазами. А потом коринфянка произнесла:
- Откуда ты это знаешь? И как мне тогда знать, что и ты не изменник?..
Губы перса раздвинулись в улыбке.
- Суди сама, госпожа. Будь я изменником, зачем бы я стал тебя предупреждать и представлять воинам и матросам как государыню? - мягко ответил он. - Мне не нужен бунт в море, особенно у чужих берегов!
Он отошел от нее и тоже сел в кресло, к облегчению Поликсены.
- Объясни мне, - потребовала она, немного овладев собой.
Гобарт кивнул. Он все еще осмыслял то, что намеревался сказать.
- Тизасп - шпион и посланник ионийского наместника. Я и мой брат также находимся в подчинении у наместника, - наконец ответил перс. - Но прежде всего мы служим престолу Дария… и после смерти нашего отца брат мой Мануш отправился в Персию, для получения дальнейших указаний. Как тебе известно, наши военачальники подчиняются прежде всего царю, а потом уже сатрапам.
Гобарт посмотрел Поликсене в глаза - его взгляд пронзил ее до самого затылка.
- Я оставался в Ионии, а брат в числе других государевых людей усмирял волнения в Парфии. А потом до Дараявауша дошли вести о бесчинствах, творимых Дарионом. И тогда наш царь сам вспомнил о тебе и предложил вернуть тебя на трон.
Поликсена была очень польщена, несмотря на слова, которые предшествовали этому сообщению.
- И… при чем же здесь Тизасп?
Гобарт улыбнулся. Поликсена подумала, что у Дариона от такой улыбки могло бы расслабить кишки.
- Тизасп шпионил для твоего племянника в Египте, когда состоял у тебя в услужении; а сбежав от тебя, продолжал шпионить в Персии. Узнав о новом изволении государя, Тизасп тотчас поспешил назад в Ионию с докладом - и тогда ему было приказано заманить тебя в Милет, чтобы там умертвить. Вероятно, ты умирала бы долго и мучительно.
Поликсена приложила руку к сердцу. Оно стучало так, что эллинка боялась говорить.
- Я… не понимаю… Так значит, весь этот флот был прислан с целью захватить меня?
Гобарт снова улыбнулся. И прежде, чем он ответил, Поликсена поняла, что услышит.
- Тебе пятнадцать кораблей представляются великой силой. Как и другим несведущим грекам, на что и рассчитывал Дарион, узнавший наше могущество. Вон там, на каждом судне, по двести человек, из них пятьдесят воинов, - перс обернулся и указал на окно, занавешенное синим шелком. - Всего три тысячи людей и семьсот пятьдесят солдат!
Он с удовольствием коснулся своей подстриженной бороды.
- Это немало. Но только охрана великого царя составляет десять тысяч бессмертных… а флот его в сотни раз больше, чем эта горстка судов!
Поликсена наклонила голову. Она сжала руки на коленях.
- Предположим. Но как Дарион не побоялся кары, если из Персии уже получен приказ о моем назначении?..
- Дарион не храбрец, но он смелее и ловчее, чем ты думаешь, - ответил Гобарт. - Он понимал, что, устранив тебя, устранит единственную родственницу, которая может притязать на власть. У тебя больше нет взрослых детей, готовых занять твое место, - а братья Дариона в Персии и еще слишком молоды! Твой племянник знает, что у великого царя слишком много забот, и он не сможет уделить Ионии достаточно внимания.
Поликсена кивнула.
- Если меня не станет, все этим удовлетворятся.
Вопреки этим словам, сейчас она, глядя в лицо Гобарта, ощущала себя удивительно сильной и спокойной.
- Да, моя госпожа. Но мы не позволим тебя убить.
Перс взирал на нее с откровенным восхищением; и Поликсена вдруг вспомнила, что они одни. Эллинка потупилась и встала, огладив на бедрах измявшийся хитон.
- Я должна идти и успокоить остальных.
Гобарт также встал. Сын Масистра двигался с быстротой, удивительной для человека такого сложения и в таких доспехах: он преградил эллинке дорогу прежде, чем она покинула каюту.
- Мы еще не закончили, царица.
Поликсена скрестила руки на груди, ощущая, как запылали щеки.
- Что еще?..
- Тебе не годится больше жить внизу, с корабельными крысами. Ты получишь эту каюту. Возьми к себе свою дочь, царевну.
Поликсена широко раскрыла глаза.
- Но…
Гобарт неожиданно начал громко смеяться.
- Нет, госпожа, напрасно ты так подумала. Я найду себе место на другом судне, а на этом будешь начальствовать ты. Скоро ты всему обучишься.
