Однако потом придется держать ответ перед Поликсеной. Критобул не собирался бежать от своей повелительницы.
Что ж! Он так и скажет - увез детей из страха, что те попадут в руки Надира или будут убиты.
“Но ведь Геланика хочет получить назад только своего ребенка! А я-то что же?.. Куда мне деваться с двумя… а потом и с тремя?”
Критобул поскреб колючий подбородок; зазеленевшие глаза его сузились, когда он посмотрел на юг, на догорающее зарево. Он подумал, как, должно быть, сроднились эти двое мальчишек - Фарнак и его единокровный брат; и как жестоко будет разлучить их. Да и начальник крепости, если Критобул вздумает прикрываться царским приказом, не поймет, почему наварх желает забрать только одного из братьев - притом наименее важного. Была не была!
Решили уходить назавтра, с утра, - пока все было спокойно: заплывая немного в море, далеко к югу от их стоянки Критобул видел корабли Надира, но те пока что не собирались покидать гавань.
Мужчины, уперевшись все вместе и поднатужившись, столкнули легкую бирему на воду; потом гребцы сели на весла. Погода стояла жаркая и безветренная. Геланика подошла к борту - и посмотрела в сторону родного города, по привычке и на прощанье.
Ей уже напекло голову; но ионийка почти не чувствовала этого. Собственная вина жгла ее днем и ночью, как беспощадное солнце, и нигде нельзя было найти тени…
Потом Геланика перевела взгляд на корабли Надира - и вдруг пронзительно крикнула:
- Смотрите!
Критобул быстро очутился рядом - и воззрился туда, куда указывал дрожащий палец жены.
- Что такое?..
Но Геланика, не поглядев на него, повернулась к гребцам и крикнула:
- Бросайте весла! Бросайте!..
Голос супруги наварха прозвучал так повелительно, что гребцы тут же подчинились. А Геланика схватила мужа под руку, и он почувствовал, как ее бьет дрожь.
- Корабли Надира горят - видишь?
- Да, - откликнулся критянин, взволнованный почти так же. Против солнца было трудно разглядеть, но теперь он видел, что часть самосских кораблей пылает, должно быть, подожженная стрелами с берега.
Геланика толкнула Критобула локтем.
- Подойди к ним ближе, я должна знать, что там творится! Им сейчас не до нас, ты же сам видишь! - прибавила она моляще, почти требовательно.
- Ладно, - согласился критянин. Иначе поступить было бы трусостью. И черная бирема заскользила в ту сторону, где, по-видимому, началось побоище: они старались, однако, оставаться вне досягаемости стрел.
Когда бирема вышла из-за скалы, им открылся большой персидский лагерь на берегу. Вернее сказать, это место уже трудно было назвать лагерем: маленькие люди в длинных пестрых одеждах бежали оттуда, роняя свое дорогое вооружение, которое отблескивало золотыми искорками, а их преследовали воины с обнаженными руками и ногами, в ярких плащах, с черными и белыми конскими плюмажами на шлемах. Персы бросались вплавь, ища спасения на своих судах; но большая часть ближайших кораблей уже была охвачена пламенем. Вот занялся еще один, и персидские матросы, обезумев, начали прыгать в воду, даже не подумав о том, чтобы попытаться спасти свое судно. Сквозь гудение огня и крики сражающихся люди на биреме Критобула услышали полные муки вопли прикованных гребцов.
- Б-боги… - У Геланики застучали зубы от ужаса. Но через мгновение ионийка ахнула, снова разглядев что-то на берегу.
- Ты видишь, Критобул? Это персы! По кораблям Надира стреляют лучники Мануша!
- И что же в этом странного? - воскликнул наварх.
Геланика вцепилась в его истрепанную накидку.
- Да ведь преследуют бегущих греки! Греки с персами сражаются вместе, ты когда-нибудь видел такое?.. Ведет их, наверное, зять или сын царицы, - догадалась ионийка.
- Это временно, только чтобы изгнать врага, - откликнулся Критобул. Они все были заворожены зрелищем битвы; но наварх очнулся первым.
- Отходим! Вон те уже гребут прямо на нас!
И правда: ближайшие к ним корабли оторвались от врага, уходя в открытое море и гоня на них большую волну. Корабль Критобула едва успел скрыться за скалой, когда персы Надира поравнялись с ними. Вряд ли, конечно, сам Надир спасался бегством в числе первых; но привлекать к себе внимание все равно не следовало.
Когда же критянин со своей командой оказался в безопасности, Критобул заметил неладное на берегу. Присмотревшись получше, он окликнул жену:
- Погляди-ка! Персы бегут на север!
Огромное множество воинов, пеших и конных, покидало Приену. Было видно, как некоторые азиаты, преследуемые безжалостными греками, спешат в сторону мыса. Они скатывались по лесистым склонам, перебегали между деревьями, обдирая тело в кровь и рискуя свернуть шею; а потом все равно ломились вдоль берега на север, стремясь соединиться с соратниками. У них уже не было другого выхода.
- Кораблей осталось… слишком мало, и до них персам не добраться, - прошептала Геланика, осмыслив происходящее.
Она широко раскрытыми глазами посмотрела на мужа.
- Почему? Почему им не дали уйти морем?.. Ведь теперь они двинутся дальше, нападая на другие наши города!
