До сих пор они еще ни разу не говорили об этом, чтобы дать душевным ранам царицы зажить; но стоило вспомнить об этом, как они опять открылись и начали кровоточить.
Миноец некоторое время не отвечал, баюкая ребенка. А потом вдруг произнес:
- Мануш не погиб, это я точно знаю. По крайней мере, твоему верховному военачальнику удалось покинуть Милет, и с ним ушло около десятка больших персидских кораблей.
Поликсена встрепенулась.
- Правда?.. Почему же ты раньше не сказал мне об этом?
Критянин вздохнул, растрепав одной рукой свою чернявую шевелюру, украшенную гранеными стеклянными бусинами.
- Мне было о чем подумать, царица… и я позабыл, сознаюсь. А ведь Мануш тоже предлагал помочь тебе бежать, - вдруг сказал он.
Поликсена глядела на Критобула в немом изумлении.
Критянин молча поднялся и отнес девочку в соседнюю комнату, доверив присмотру служанок. А сам вернулся к царице и снова сел рядом.
- Мануш предлагал тебе убежище в Персии: в благодарность за многолетнюю преданную службу царю царей ты бы дожила свои дни в богатстве и почете. Я думаю, - тут Критобул усмехнулся, - слову этого господина можно верить: как верила ему ты.
Критобул опять запустил руку в волосы.
- Я обещал твоему воеводе передать все тебе: он почему-то решил, что лучше говорить через посредника. Это было как раз перед тем, как греки осадили нас. А потом уже стало поздно.
Критянин взглянул на Поликсену.
- Когда греки взяли город, Мануш бежал… и, по слухам, увез с собой милетскую гетеру Никтею, к которой был весьма неравнодушен.
Поликсена невольно расхохоталась.
- И она согласилась? Похоже на нее!
- Думаю, ее согласия не очень-то спрашивали, - Критобул улыбнулся в ответ. - Но если бы твой перс ее не похитил, участь среброногой Никтеи наверняка была бы куда печальнее.
Поликсена кивнула: она сидела, опустив плечи.
- Как, по-твоему, - сколько времени пройдет, пока персы не вернутся в Ионию и не отомстят?.. Я теперь еще больше, чем раньше, уверена - мои сородичи не удержат того, что отвоевали.
Критобул ничего не сказал: он молча поднялся.
- Нам скоро отчаливать, госпожа. Скажи своим женщинам, а я позову Геланику.
Критянин был уже в дверях, когда Поликсена окликнула его.
- А дальше?.. Впереди зима - значит, до весны мы проживем у вас на Крите?
Критобул ухмыльнулся, шлепнув мозолистой ладонью по нарядному красному косяку.
- Крит не худшее место на земле, моя царица, даже в эту пору. Вот увидишь. И у вас будет достаточно времени, чтобы оправиться и поразмыслить над своим будущим.
“Пожалуй”, - мысленно согласилась Поликсена.
И, во всяком случае, до весны им хватило бы денег на жизнь: даже если не трогать драгоценностей. Эльпида тоже оказалась достаточно предусмотрительна.
Когда впереди показался Крит, - живописнейший из великих островов, с белыми слоистыми скалами, выступающими из синей воды, с горами и уютными бухточками, - Эльпида восторженно стиснула руку мужа. Даже черно-красные руины старинных дворцов служили украшением этому месту.
- Помнишь, Никострат, как ты подарил мне критского быка, которого я носила на шее? Вот он и привел нас сюда!
Никострат кивнул - зная, что с женщинами бесполезно спорить, когда они в таком настроении. Но его самого тоже очаровал этот остров.
- До весны и я не прочь пожить здесь. Но что же мы будем делать потом?
Эльпида только махнула рукой.
- Радуйся этому дню, милый, не так много нам выпадало подобных дней!
Корабль бросил якорь; Критобул подозвал лодочника, чтобы всем переправиться на берег. А когда Никострат с женой и детьми сели в лодку, Эльпида неожиданно вернулась к прерванному разговору.
- А весной, - гетера лукаво прищурила свои синие глаза, - весной ты можешь предложить свои умения одному из родосских правителей. Им постоянно нужны воины - охранять своих купцов… Работа непыльная, а платят хорошо.
Она высунула кончик языка и засмеялась, глядя на растерянного мужа. Никострат, конечно, был очень силен и столь же надежен - но вот неожиданных решений от него ждать не приходилось.
- Ты… Ты шутишь? - спросил спартанец.
Эльпида плеснула на него морской водой; а потом стала серьезной.
- Нисколько, милый. Тебе нужно будет что-то делать, чтобы жить, а сражаться ты умеешь лучше всего. И ты ведь не хотел бы утратить свои навыки, не правда ли?
- Я их наверняка утрачу, будучи наемником родосцев, - мрачно сказал муж.
Но он не возразил Эльпиде; и гетера поняла, что Никострат скоро согласится на это или что-нибудь похожее. Какой еще у них был выбор?
До весны они остались на Крите. За это время даже Фрина повеселела и немного воспряла духом, и они все вместе поразмыслили над своей судьбой. Эльпида, к удивлению и радости мужа, опять забеременела.
Это весьма встревожило Поликсену - Эльпиде было уже тридцать три года. Однако сама гетера оставалась спокойной: она казалась даже вдохновленной своим состоянием.
- Вот теперь нам откладывать нельзя, - заявила она мужу. - Поедем на Родос сейчас, пока я не отяжелела!
Они отправились сказать Поликсене.
