На нем была одна льняная набедренная повязка, и когда Ликандр приблизился, Поликсена почувствовала, что ее друг тоже приготовился к этой ночи со всем возможным тщанием. Он смущенно улыбался ей, хотя теперь в его серых глазах было неприкрытое желание; лицо было гладко выбрито, как лаконец ходил всегда с тех пор, как госпожа сказала, что он нравится ей без бороды. От эллина пахло лотосовым маслом, и его могучее тело блестело, точно атлет приготовился к борьбе. Темные короткие кудри были расчесаны до блеска.
Ликандр некоторое время стоял перед возлюбленной, потупив глаза, точно перед тем, как шагнуть в святая святых… потом опустился на колени и обнял ее ноги.
Царственная подруга Поликсены знала много любовных игр и ухищрений, и они пробовали вместе разное… но простые, еще несмелые ласки лаконца возбуждали ее, как ничто другое прежде. Воин целовал ее ступни, сжимая их своими горячими ладонями; потом колени и бедра, поднимая платье все выше. Поликсена тяжело задышала, чувствуя, что сейчас застонет. Когда рука любовника проникла туда, куда он почти добрался поцелуями, она застонала. Сейчас ей было больно от неутоленного желания.
- Я приготовила масло… возьми, - она схватила и сунула в руку Ликандра лекиф* с маслом, спрятанный в простынях. Вдруг девушке стало страшно: а что, если лаконец не совладает с собой и сейчас набросится на нее?..
Но Ликандр никогда еще не знал женщин, и узнавал ее сейчас первой из всех. И он слишком любил ее, чтобы быть способным надругаться.
Поликсена сама легла перед ним, чувствуя, как в воздухе разлился приятный запах оливкового масла. Потом она опять ощутила руку любовника там, внизу, и застонала, выгибая спину и вцепившись в простыни. Ликандр приподнялся над ней, став коленом между ног.
- Я постараюсь не причинить боли, - смущенно прошептал воин.
Больше он не мог говорить и думать, и Поликсена тоже; и была рада этому. Конечно, Ликандр причинил ей боль, и Поликсена вскрикнула, слезы выступили на глазах; тогда лаконец замер над ней, приподнявшись на своей могучей руке.
- Прости…
Поликсена не двигалась, закрыв глаза, ощущая их соединение. Здоровый жар его тела, казалось, исцелял нечаянно нанесенную подруге рану. Эллинка вздохнула, ощутив нетерпение, давно знакомое ей – и совершенно новое.
Она толкнула любовника бедрами, и это побудило Ликандра продолжать. Они опять перестали говорить и думать, только чувствовали себя и друг друга, совсем по-новому; и это было так долгожданно, болезненно и сладко. Ликандр ощущал боль подруги, всю ее боль, и отдавал ей все, что имел; и Поликсена получила много больше того, что пожертвовала своему лаконцу. Излившись, он даровал и ей освобождение, и они вскрикнули от восторга вместе, вцепившись друг в друга.
Потом Поликсена долго лежала в объятиях любовника, все еще не отпускавшего ее. Она даже понять не успела, как они оказались без одежды.
Наконец она тихонько подтолкнула воина в плечо.
- Иди, тебе пора…
Ликандр тут же приподнялся на ложе, глядя на нее в недоумении, готовый оскорбиться. А Поликсена, сразу озябнув без его тепла, вместе с вернувшейся болью ощутила и ужас. Зачем она позвала этого мужчину, зачем?..
- Ты прогоняешь меня? – тихо, все еще недоверчиво спросил он.
Поликсена потянулась к нему и замерла, не решаясь больше коснуться.
- Нет, конечно… Но ты должен уйти, - настойчиво прошептала она. – Если нас найдут здесь утром, ты ведь мне не муж…
Ликандр кивнул.
- Понимаю.
Он был очень оскорблен, хотя и тщился понять ее. Тогда Поликсена быстро притянула его к себе и поцеловала. Ликандр сразу ответил на поцелуй и опять обнял ее, самая великая обида таяла от прикосновения возлюбленной.
- Я не сержусь, понимаю, - шепотом повторил лаконец.
Теперь, когда утихла страсть, Ликандр и разумом понял сестру Филомена; и, конечно, был согласен, что нужно соблюдать осторожность. Любовники еще раз поцеловались, медленно и томительно. Потом Ликандр подобрал свою повязку и обернул ее вокруг бедер; он взглянул в окно с сосредоточенностью воина.
- Как будто никого…
Одевшись, лаконец взглянул на закутавшуюся в простыню подругу. Он хотел тут же спросить, прийти ли ему завтра ночью; но чутье влюбленного и воина удержало его от такого вопроса.
Поликсена посмотрела молодому эллину в глаза и наконец улыбнулась, хотя румянилась от любовного стыда. Ликандр тоже улыбнулся, открыто и совершенно счастливо. Наконец она принадлежала ему, вся! Теперь никто не отнимет у него его царевну!
Поклонившись, лаконец быстро ушел; а Поликсена легла назад, во взбитые простыни, вдыхая аромат благовонного пота и любовных соков. Она медленно повернулась на живот и уткнулась лицом в подушку.
* Древнегреческий туалетный сосуд для туалетного масла, с узким горлышком и вертикальной ручкой.
========== Глава 37 ==========
