Она выпила чай и пошла в спальню. Легла в постель и закрыла глаза. Но уснуть не могла. В голове все время всплывали образы убитых женщин, алтаря, окровавленных символов.
Она ворочалась с боку на бок, не в силах заснуть. Наконец, она встала с постели и подошла к окну. Она посмотрела на луну и шепнула:
– Я буду бороться. До конца.
И она знала, что будет. Потому что она была детективом. И ее работа – защищать людей от зла. Даже если это будет стоить ей жизни.
Тьма сгустилась над уединенным особняком “Воронье гнездо”, словно чернильная клякса, расплывшаяся по холсту ночного неба. Холодный ветер выл в разбитых окнах, завывая погребальную песнь по давно ушедшим душам, принося с собой запах сырости, гнили и чего-то неуловимо зловещего, как будто призраки прошлого не просто нашли себе обитель в стенах этого заброшенного места, но и активно его обживали. Детектив Харпер, закоренелый скептик с глубокими морщинами у усталых, проницательных глаз, держал в руке мощный фонарь, луч которого с трудом выхватывал из мрака обрывки поломанной мебели, потемневшие гобелены, и жуткие пятна на полу, безошибочно напоминающие засохшую кровь. Его вызвали сюда из городского управления, чтобы расследовать смерть владельца особняка, мистера Элдера – эксцентричного миллионера, известного коллекционера оккультных артефактов и ревностного приверженца древних, забытых верований.
Особняк “Воронье гнездо” всегда пользовался дурной славой среди местных жителей. Рассказывали легенды о привидениях, блуждающих по коридорам, о странных звуках, доносящихся из пустых комнат, и о самом Элдере, который, по слухам, проводил здесь ночные ритуалы, призывая темные силы. Харпер, разумеется, ни в один из этих рассказов не верил. Он придерживался рационального подхода, считая, что всему есть логическое объяснение, даже если оно пока скрыто от глаз.
Тело Элдера обнаружили в центральном зале, огромной комнате с высоким потолком и витражными окнами, изображающими сцены из библейских мифов. Судя по всему, именно здесь он и проводил свой последний ритуал. Вокруг были разбросаны десятки оплывших свечей, чей воск превратился в причудливые наросты, словно застывшие слезы. В центре комнаты тлел потухший костер, от которого исходил едкий запах гари и чего-то жженого, похожего на волосы. На полу валялись книги на латыни, раскрытые на страницах со странными, тревожными иллюстрациями – пентаграммы, символы, напоминающие запутанные лабиринты, и изображения демонических существ с когтистыми лапами и горящими глазами. Но больше всего Харпера поразил символ, нацарапанный на стене прямо над телом Элдера – перевернутый крест, заключенный в идеальный круг, будто насмешка над христианской верой. В воздухе витало отчетливое ощущение жуткой, потусторонней энергии, будто сама смерть оставила здесь свой осязаемый след.
Харпер поморщился, ощущая неприятный холодок, пробежавший по спине. Ему никогда не нравились дела, связанные с мистикой и оккультизмом. Он предпочитал расследовать преступления, основанные на материальных доказательствах – отпечатки пальцев, баллистические экспертизы, свидетельские показания. Но его работа заключалась в поиске правды, даже если она скрывалась за пеленой суеверий и иррациональных верований.
Он осмотрел тело Элдера. Тот лежал на полу в неестественной позе, с широко раскрытыми глазами, полными ужаса. Его лицо было искажено гримасой агонии, будто он до последнего момента боролся со смертью. На шее виднелись следы от удушения, но они были странными – не от веревки или рук, а скорее от чего-то тонкого и острого, как будто его задушили невидимой нитью.
Вскоре прибыла бригада скорой помощи и эксперты-криминалисты. Доктор Моррис, судмедэксперт, друг Харпера, внимательно осмотрел тело.
– Ну что, старина? – спросил Харпер, наблюдая за тем, как Моррис ощупывает шею Элдера. – Что скажешь? Похоже на самоубийство или… что-то другое?
Моррис вздохнул, снимая очки и протирая их краем халата.
– Харпер, ты же знаешь, я не верю в призраков и демонов. Но это… это что-то странное. На теле нет видимых повреждений, кроме этих следов на шее. Но они… какие-то нетипичные.
– Нетипичные? В смысле?
– В смысле, я не могу объяснить, чем они сделаны. Это не веревка, не провод, не нож. Что-то очень тонкое и острое, но без признаков порезов. Как будто его задушили… воздухом.
Харпер нахмурился.
– Воздухом? Ты серьезно?
– Я говорю то, что вижу. Результаты вскрытия будут готовы завтра, но я уже сейчас могу сказать, что причина смерти, вероятно, будет… неясной.
– Неясной? Но как это возможно?
– Возможно, – ответил Моррис, пожимая плечами. – Иногда встречаются случаи, которые не поддаются логическому объяснению. Медицина – это не точная наука, Харпер. Мы можем только констатировать факты. А факты говорят о том, что мистер Элдер умер насильственной смертью, но причины этой смерти… окутаны тайной.