Возражение 3. Далее, о Сыне говорят как о посланном и рожденном преходящим рождением постольку, поскольку Он стал воплощенным. Но быть посланным не приличествует Отцу, поскольку Ему приличествует нерожденность, о чем было говорено выше (I, 32, 3; I, 43, 4). Следовательно, по крайней мере Лицо Отца не могло бы стать воплощенным.
Этому противоречит следующее: все, что может делать Сын, могут делать также и Отец и Святой Дух – ведь иначе сила трех Лиц не была бы единой. Но Сын был способен стать воплощенным. Следовательно, Отец и Святой Дух [тоже] были способны стать воплощенными.
Отвечаю: как уже было сказано (1), принятие означает две вещи, а именно акт принимающего и предел принятия. Затем, началом акта является божественная сила, а пределом – Лицо. Но божественная сила обща всем Лицам и принадлежит [Им] равным образом. Более того, и природа Лица обща всем Лицам, хотя личностные свойства разнятся. Но если сила равным образом относится к нескольким вещам, то она может достигнуть предела своего акта равным образом в любой из них, что очевидно в случае разумных способностей, которые относятся к противоположностям и могут осуществлять любые из них. Поэтому божественная сила могла бы соединить человеческую природу с Лицом Отца или Святого Духа точно так же, как она соединила ее с Лицом Сына. Следовательно, нам надлежит утверждать, что Отец и Святой Дух могли бы принять плоть точно так же, как это сделал Сын.
Ответ на возражение 1. Преходящее сыновство, по причине которого о Христе говорят как о Сыне Человеческом, устанавливает Его Лицо не так, как это делает вечное Сыновство, а как нечто последующее преходящему рождению. Следовательно, если бы имя сына было таким вот образом приложено к Отцу или Святому Духу, то это никак бы не спутало представления о божественных Лицах.
Ответ на возражение 2. Унаследованное сыновство есть своего рода причастность естественному сыновству, но в нас оно имеет место по усвоению Отцом, Который является началом естественного сыновства, и по дару Святого Духа, Который является любовью к Отцу и Сыну, согласно сказанному [в Писании]: «Бог послал в сердца ваши Духа Сына Своего, вопиющего: «Авва!» (Отче!)» (Гал. 4:6). И потому как благодаря воплощению Сына мы вступили в наследие усыновления по уподоблению Его естественному сыновству, точно так же и в случае воплощения Отца мы вступили бы в наследие усыновления от Него как от начала естественного сыновства и от Святого Духа как от связующего Отца и Сына.
Ответ на возражение 3. Нерожденность приличествует Отцу в отношении вечного рождения, и это никак не могло бы быть отменено рождением преходящим. О Сыне же Божием говорят как о посланном в отношении Воплощения постольку, поскольку Он [произошел] от другого, без чего Воплощение не отвечало бы природе миссии.
С шестым [положением дело] обстоит следующим образом.
Возражение 1. Кажется, что два божественных Лица не могли бы принять одну и ту же индивидуальную природу. В самом деле, в таком бы случае могло получиться или несколько людей, или один. Но нескольких получиться не могло, поскольку как одна божественная Природа в нескольких Лицах не создает нескольких богов, точно так же и одна человеческая природа в нескольких личностях не создает нескольких людей. Однако не могло бы получиться и только одного человека, поскольку один человек, то есть «этот вот человек», указывает на одну личность, и в таком бы случае различие трех божественных Лиц было разрушено, что недопустимо. Следовательно, два или три Лица не могли бы принять одну человеческую природу.
Возражение 2. Далее, как уже было сказано (2), принятие получило свое завершение в единстве Лица. Но Отец, Сын и Святой Дух не являются одним Лицом. Следовательно, три Лица не могли бы принять одну человеческую природу.
Возражение 3. Далее, как Дамаскин[63], так и Августин[64] говорят, что из воплощения Бога-Сына следует, что все, что сказывается о Сыне Божием, сказывается и о Сыне Человеческом, и наоборот. Таким образом, если бы три Лица приняли одну человеческую природу, то из этого бы следовало, что кто-либо, сказываясь о каждом из трех Лиц, сказывался бы также и о человеке, и наоборот, сказываясь о человеке, он сказывался бы также и о каждом из трех Лиц. В результате этого то, что приличествует Отцу, а именно порождение Сына, будучи сказываемым о человеке, тем самым сказывалось бы и о Сыне Божием, что недопустимо. Следовательно, принятие тремя Лицами одной человеческой природы является невозможным.
