— Не думай, что я про тебя забыл, — узнал Максим голос Жорика-Дохляка. — Скоро мы отыщем твоего братца, и я разберусь с вами обоими!
— Они идут! — предупредил Жорика Боров. — Сматываемся.
Отпустив хватку, Дохляк обогнул стол и выдался вперёд:
— Я обещаю…
Тот исчез, когда откуда-то из закутка пожаловали первые визитёры. Максиму успели нашептать, что важные гости попадают сюда из ресторанного корпуса, для чего тот и прилегал к казино. Проходя в ресторан, те использовали особый лифт для доставки к потайному ходу, потому что видеть этих людей в казино не должен был никто.
Начало игры успокоило. Сперва Максим раздавал карты шестерым, потом подсели ещё двое. Гости играли фишками, горсть которых в одночасье решила бы все заботы брата. От дурной мысли Максим отмахнулся и сосредоточился на покере. Игроки без устали курили, изрядно смачиваясь пойлом. По прошествии десятка партий важные персоны стали терять приличия, превращаясь в бригаду пьяных сантехников за костями домино.
У некоторых игра не задалась: один неудачник повадился выпускать пар на Максиме:
— Ты чё’, мля, на меня уставился, сопляк? — пыхтел злобным рылом пьяный мужчина напротив.
Максим потупил взгляд в стол: даже простым клиентам отвечать не полагалось. Игрок напротив ещё пару раз взъедался, но отныне Максим обходил его взглядом стороной.
Состязанье развивалось, фишки и карты гуляли по столу, стрелки на часах вращались — Максим с выражением объявлял о каждом круге раздачи.
— Какого хрена ты мне тут раздаёшь?! Что это за карты, сучонок!! — швырнул в лицо картонки всё тот же игрок напротив.
Максим молча собрал карты и отправил к вышедшим из игры.
— Ты что, мля, делаешь? Тебе кто сказал, что я скидываю карты?!
— Ваши действия подразумевают отказ от дальнейшей борьбы, — нашёл необходимым пояснить Максим.
Мужчина скорчил звериную мину:
— Ты откуда такой безмозглый взялся, сынок?!
Максим не сдержался:
— Сынок? Нет уж, к счастью обошлось!
— Чего?! Ты это `мне говоришь?!! — под смешки товарищей брызгал слюной визави.
— По-моему, это очевидно, — не очень смело выдавил улыбку Максим, — особенно если учесть вами заявленные ваши умственные способности.
Партнёры по картам явно находили перебранку забавной.
Мужчина сжал кулаки:
— Ах ты мерзкий гадёныш!..
— Почему бы вам, уважаемый, не перестать задерживать игру и вернуться в следующей партии? — старательно хладнокровно предложил Максим.
У мужчины подёргивались скулы.
— Лихо он тебя, Михалыч, уделал, — подшутили слева.
— Господа, продолжаем игру, — обратился Максим к очереднику, косясь на то, как Михалыч выбрался из-за стола и отошёл размяться к ним спиной.
«Скандалист», — подумал Максим, а миг спустя ухватил взглядом бросившегося к нему стрелой Михалыча. Внутри всё сжалось. Прямо перед столом мужчина оттолкнулся и полетел навстречу. «Плохи дела», — сказал Максим про себя — и был сбит под стол.
Едва он озаботился спиной, как получил кулаком по лицу, на чём мужчина не остановился. Тот лупил обеими руками попеременно. В положении лёжа Максим только и успевал уклоняться головой, пропуская хлёсты по касательной. Но первое же меткое попадание ослепило искрами. Удар, ещё удар. Отключка…
— …Чё-т’ Майор совсем сдаёт.
— Моё к нему расположение не дождётся повода возложить ему венок...
— Глянь, похоже, очнулся…
Максим напрягся раскрыть глаз и первое, что увидел, стал упитанный высоченный парень с длинными волосами и добродушной улыбкой:
— Здорово, Максим. Ну как ты?
Максим обнаружил себя на диване в одной из комнат отдыха. Рядом сидел этот незнакомый паренёк, но звуки выдавали присутствие кого-то ещё:
— Ничё’, оклемается.
— Я Филипп, — указывал на себя здоровяк.
— Да хоть Снежный человек, ему сча’ по барабану! — выкрикивал откуда-то второй голос.
— Я здесь тоже недавно. Извини, что не мог тебе помочь, — сожалел Филипп, — Я всё видел через камеру наблюдения.
— Да ты, Великан, небось, пасьянс раскладывал! — не унимался чей-то голос.
— Я работаю на втором этаже оператором центра слежения в ПТК.
Максим начинал ощущать своё тело: гудела голова, ломило кости, было больно шевелить губами.
— Ну и разукрасили тебя!
— У мя сёня свиданя, — стараясь не использовать губ, бормотал Максим.
— Как зовут девушку?
— Кася.
— Боюсь, Кате твоей придётся потерпеть, — выражал огорчение на лице Филипп. — Думаю, недельку-другую.
— А то и месяцок!! — выдал голос номер два.
Максиму дали премию и пять выходных.
Следующим утром, в воскресенье, Лиза не унималась. Она крутилась перед зеркалом: на голове малиновая кепка, в руке горшок с фиалкой — в надежде, что Максиму понравится её любимый цветок. Лиза соврала маме, что он попросил себе комнатное растение, и теперь с разрешением отнести цветок, околачивалась возле общей двери в попытках услышать соседа. «Он там!» — уже предвкушала она встречу. Лиза отдышалась, незаметно провернула ключом и заставила себя постучаться. За дверью послышались шаги.
