Османтус, который схватил протянутую ему коробку и радостно принюхивался, услышал ее слова, и выражение лиц резко поменялось. С возмущенным воплем демон отшвырнул угощение в сторону, и румяные пироги раскатились по лужам.
– Ось, ты чего? – Тая недоумевала, глядя на странную выходку демона. – Ты разозлился, что я отказываюсь от битвы? Объясни…
Но Османтус объяснить что-либо был не способен – лишь изрыгал нецензурную брань и пятился. А потом развернулся и бросился прочь: четверка распалась, разбежавшись на перекрестке на все четыре стороны.
Чемодан, не удержавшись в руках тети Веры, с таким грохотом рухнул с антресолей на пол, что ветхая пятиэтажная хрущевка на Наличной улице содрогнулась до самого основания.
Древняя магвещь, этот чудовищный чемодан, в неяви обеспечил бы ведьме огромную гардеробную, наполненную роскошными нарядами. Впрочем, знала об этом только Вера Павловна, а тетя Рита, которая стояла сейчас рядом с ней и сморкалась в платочек, морщилась и чихала от пыли.
– Бац, – высказалась Вера Павловна, слезая со стремянки. – Хорошо, что внизу никто не стоял. Вещь бесценная, хочу отдать Таюсику в честь первого де…
– Кхм, – предостерегающе кашлянула Тая.
– Мой подарок Таечке к ЕГЭ, – быстро поправилась тетя Вера. – А то ложечку на первый зубок не дарила, теперь наверстываю.
– Вещь, конечно, антикварная, – сказав это с сомнением, тетя Рита чихнула. – Но боюсь, в нашу квартиру не поместится, Верочка. У тебя что-нибудь противоаллергическое есть?
– Есть, на кухне в пенале поищи, – Елесина неопределенно махнула рукой.
Тетя Рита, чихая и сморкаясь, отправилась на кухню, Тая же восторженно рассматривала магвещь, осторожно проведя пальцем по пыльному боку из коричневого дерматина. Разумеется, рассказывать тете Вере о своем решении по поводу демона не нужно. Она и так выпала из магической жизни шестнадцать лет назад, и заметно, что очень об этом сожалеет. И убеждена, что наследнице Темнича стоит только щелкнуть пальцами, как все умения и знания отца она получит моментально. Что ж, неприятную правду Елесина узнает как-нибудь потом, не сейчас.
– Магвещи бесценны, – тихо сказала Тая. – Теть Вер, это же целое состояние. А если вы продадите его кому-нибудь?
– У меня магвещей нет и быть не может, это принадлежит твоей матери, – хмуро буркнула бывшая некромантка. – Поэтому отдаю ее тебе. Как уж твоя жизнь среди некромантов дальше пойдет, там видно будет. Но одета будешь хорошо, всегда. Тут тебе и шубки, и пальто, и платья, и обувь. – Тетя Вера вскинула на Таю прищуренный взгляд. – Что, увивается за тобой этот сыночек Громова?
– Общаемся, – помня о сложных отношениях Елесиной с Братством, уклончиво ответила Тая. – А Ирка-то где, не дома? Не учимся же сегодня…
– Ирина в дурном нынче настроении, – намеренно громко ответила старшая Елесина, чтобы было слышно на всю квартиру. – Я ей говорю – готовься к ЕГЭ, дурища, занимайся. Не будет у тебя другой дороги. А она заладила одно: хочу туда же податься, куда и Тая. Не разговариваем теперь, заперлась у себя и не открывает. Ты от магвещи не отказывайся, – добавила тетя Вера гораздо тише и кивнула на чемодан. – Тут богатства такие, что им и не снились. Жемчуг, украшения, эх… – она горестно махнула рукой. – Твоя мама часто дарила мне оттуда красивые вещички, добрая она была. А я без неяви быстро свою красоту потеряла, сейчас на мне все это как на корове седло…
Возразить и сказать что-нибудь ободряющее и глупое, вроде «да что вы, теть Вер, вы супер», Тая не успела: с кухни донесся довольный и крайне зловредный голос тети Риты. Этим голосом она обычно разговаривала со своей сестрой, когда было чем ее превзойти или похвастаться.
– Алло, это ты? Как проводишь субботу, где-нибудь в Ницце или в Праге? Ах, дома… – тетя Рита притворно вздохнула. – Ах, приступ радикулита. Вот это хорошо. Что? Нет, я хотела сказать, хорошо, что я тебя застала, чтобы поговорить. А я вот тут делами занята, у Тасечки субботнее мероприятие на ее кафедре физики… Что? Нет, почти поступила. Я же тебе говорила, мальчик у нее там. Сын профессора, вот сейчас он ее под окнами на машине ждет, уже давно подъехал и ждет…
– Макс меня ждет на машине? – Тая не поверила, кинулась к окну кухни Елесиных, которая тоже выходила во двор, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь через рваную сетку от комаров и зеленые хвосты луковиц, сидящих по банкам.
Разумеется, все это оказалось теткиной фантазией, и никакого Макса, уж тем более с машиной, под окнами не было, да и договорились они о встрече только на полдень.
– Ирина, как бы ты ни относилась ко мне, своей родной матери, я котлеты буду жарить! – торжественным басом объявила тетя Вера, постучав в дверь Иркиной комнаты, но комната ответила оскорбленным молчанием.
