«У всех ЕГЭ, а у меня демон, – думала Тая, оглядывая лица одноклассников. – Странно, что я весь год, или нет… Два года готовилась и тряслась от страха перед этим экзаменом, а теперь у меня появился совсем другой страх. Другая опасность, смертельная, о которой никто здесь не знает…»
А вот и Макс. Шагает как ни в чем не бывало, лицо гордое и непроницаемое. Макс Громов выглядел абсолютно спокойным. Он ободряюще улыбнулся. Ну еще бы. Тая вдруг представила, как шпаргалки ему подносят на блюдечках с голубой каемочкой сами же преподы или экзаменационные наблюдатели, в которых на пару минут вселится один из громовских служебников. Да и проходные баллы юному некроманту не так уж важны. Зачем ему людской институт, когда на кафедре демонофизики его ждет профессор-отец?
«А хотя нет, – спохватилась вдруг Тая, вспомнив об объявленном затишье. – Нельзя же никаких служебников сегодня вокруг меня, событийка должна быть спокойной и ровной. Так что Макс будет сдавать честно, как все. Ну-ну, посмотрим, насколько ты знаешь русскую литературу, хитрый некромант…»
Они кивнули и улыбнулись друг другу как-то заговорщически. Забавно, что никто в этой тревожной толпе не знает о том, что еще несколько часов назад они плескались в Черном море, а потом бродили по песчаным пляжам, глядя на игру лунных бликов в темной воде.
Лунные блики…
Даже сейчас в высокой голубизне безоблачного неба висел лунный кругляк, хорошо заметный даже днем.
– Темнич! – услышала Тая резкий окрик их классной Светланы Юрьевны.
Дальше можно было не слушать: будь у Таи сейчас одна беда в виде баллов ЕГЭ, билась бы в панике и тонула в слезах. Поскольку ей высказали все, что наболело на учительской душе.
– Вы просто обязаны оправдаться за все ваши фортели, которые происходили последнюю пару месяцев! – взывала Светлана Юрьевна. – Соберитесь, мобилизуйтесь. Потому что на вашем лице, Темнич, я не вижу целеустремленности. Вы будто витаете где-то, абсолютно не здесь! Кстати, Громов, что-то я не припомню ваших тестовых контрольных, вы мне их разве сдавали? – переключилась она вдруг на Макса.
– Сдавал! – сделав обиженное лицо, возмутился Громов. – Да вы что, Светлана Юрьевна, вы же сами их проверяли, у меня пять по всем поставлено.
– Перегрелась, видимо, – классная приложила к голове Бугаевскую бутылку с водой, и написанные шпаргалки отпечатались у нее на лбу. – Ладно, доберусь до школы, все проверю. Не сейчас.
«Вот-вот, некроманту среди людей без служебных демонов не выжить, добро пожаловать в мой мир», – с легким злорадством подумала Тая, видя, как Макс раздраженно кривится.
Ехать на ЕГЭ полагалось в чужую школу, которая находилась на другом конце Васильевского острова, и ребята погрузились в автобус под предводительством учителей. Ирка замкнулась и молчала, трагически морщась и шевеля губами, поэтому Тая каждую минуту переспрашивала, всё ли с ней в порядке, и несла какую-то ерунду, чтобы немного приободрить. Сама же тревожно поглядывала на луну – та бежала по небу вслед, маяча в окне автобуса.
Чужая школа была точно такой же типовой и трехэтажной, с унылым двором посредине, с такой же толпой переживающих и бледных ребят, над головами которых гудел голос в мегафоне.
Только здесь накал нервотрепки зашкаливал: в вестибюле сновали полицейские с металлоискателями и собаками, проверяя, не пронесет ли кто-нибудь на экзамен мобильный телефон.
Овчарка сразу же выделила из толпы Макса и начала его облаивать, рыча и поджимая хвост.
– Паспорта показываем, отмечаемся, называем себя и смотрим в списке номер аудитории! – визгливо вопил женский голос, эхом разлетаясь по школьному вестибюлю. – Подходим и отмечаемся!
– Что с собой? – сухо спросила уже другая строгая тетенька за столом, когда Тая отметилась, долго, по буквам выговаривая имя и непривычную для чужого слуха фамилию.
– Две гелевые черные ручки, – отрапортовала Тая, заметив внимательный взгляд, скользнувший по волосам и лицу.
Можно было бы пошутить насчет стремительного поседения за одну ночь перед экзаменом, но только не этим существам с глазами робота. – Паспорт, еды нет.
– Идите к аудитории, – повертев гелевые ручки в руках и не найдя там спрятанных шпаргалок, разрешила строгая тетенька.
Макс же застрял надолго: без служебников к нему теперь как назло цеплялись на каждом шагу – юный некромант решительно не нравился ни строгой овчарке, ни полицейскому, ни наблюдателям за экзаменами.
Класс их тут же разделили – развели по разным этажам. Наверное, из опасений, что одноклассники за одиннадцать лет учебы успели выработать собственный безмолвный язык для подсказок. Вроде шевеления ушами или покашливаний в стиле азбуки Морзе.
Впрочем, если Макса и Бугаева увели в другие классы, то Ирка с Таей всё же оказались в одном, куда всех заводили торжественно, как на казнь.
Каждый получил прозрачную полиэтиленовую папку с билетами внутри, каждый занял отдельную парту, и Тае досталось самое неудачное место прямо посредине класса.
