Меня замутило. Неужели всё так и есть? А в голове всё щёлкали, складываясь друг с другом, части головоломки. Меня решили использовать. Втёмную. Иначе – откуда все эти недомолвки и обещание загадочной встречи с неким человеком, который должен мне всё объяснить? И эти люди называли себя друзьями? Разве друзья поступают так?
Я почувствовал, как с самого дна души поднимается обида. Кипит и булькает, словно едкое, дурно пахнущее варево. Но мне было уже всё равно. Внутри всё словно онемело. И радостный взгляд Анъяха наткнулся на мой – ледяной и пустой:
- Сайм, ты что? Что с тобой? Ты обиделся? Прости, я пошутил… давай посмотрим, что там, а …
И этот туда же. Я загнал гадкое слово внутрь и напомнил себе, что Ан передо мной ни в чём не виноват. А вот с остальными…
- Меня это не интересует, Анъях, – цежу я ледяным тоном и протягиваю шкатулку Нанэри. – Возьми. Думаю, там то, что поможет освободить вашего пленённого Бога. Но я не играю в такие игры, и вообще не девочка-припевочка, чтобы меня втёмную использовать.
Растерянное лицо Нанэри мгновенно бледнеет, он с тревогой смотрит на шкатулку в моих руках, не решаясь принять её, Анъях прижимает руки к щекам, Литти кричит: «Фурр!» и громко зовёт Мехеца, а я быстро глажу по голове мохнатика и говорю им:
- Позаботьтесь об Анъяхе. Мне надо побыть одному.
- Сайм, ты с ума сошёл? – тянется ко мне Нанэри. – Здесь может быть опасно… Погоня…
- Сами ж говорили, что они сюда не сунутся! – резко отвечаю я. – Всё, я пошёл!
И, прежде чем меня успевают удержать, я отбрасываю шкатулку на свёрнутые днём матрасы, перескакиваю через бортик фургона и углубляюсь в лес. Сзади слышу крики и треск веток, видно, кто-то из Тэмми ломанулся следом, но мне сейчас никого не хочется видеть, я петляю, как заяц, поворачиваю то направо, то налево, перепрыгиваю через кочки, стволы упавших деревьев и небольшие серые валуны, которые попадаются то тут, то там. Скоро крики за моей спиной стихают, я останавливаюсь, падаю ничком в мягкую траву и начинаю рыдать. Честное слово, вот никогда не ревел в жизни, ну, почти никогда, а тут сопли распускаю, как последняя истеричка, и мне плевать. Но мне настолько обидно… Обидно, потому что Тэмми, ну, и Анъях, конечно, в этом мире самые близкие для меня люди. А обидеть может только близкий…
Я не помню, сколько продолжалась моя неконтролируемая истерика, но какое-то время спустя я стал успокаиваться. И в мой измученный мозг постепенно стали проникать более здравые мысли. Что я только что устроил? Да, Тэмми не говорили мне всей правды, но они и не лгали. Да, возможно, вся их забота обо мне оттого, что я – Предназначенный, но разве у меня есть более приемлемая альтернатива, если я хочу пожить ещё немного? Нету. Стать супругом Аллира для меня – это медленная и мучительная смерть. А для Ниреи в целом – никакого шанса на восстановление справедливости, каковую, как думают многие, может осуществить только освобождённый Лотар. Значит… значит, нужно его освободить, исполнить блядское Предсказание, которое, к гадалке не ходи, – существует, а потом… А что потом? Судя по тому, что рассказывают о Лотаре, он всё-таки справедлив и не потянет под венец того, кто не захочет туда с ним идти. Значит нужно вернуться, извиниться за своё дурацкое поведение – что на меня нашло, а? Всегда я до такого состояния других доводил, это моя прерогатива. А тут… И что всё-таки в этой шкатулке, с которой я столь непочтительно обошёлся? Наверняка, что-то важное… Нет, надо возвращаться. А вдруг Тэмми меня до сих пор ищут?
Я, пошатнувшись, поднялся на ноги. День клонился к вечеру, ничего себе, я поистерил… Но было ещё достаточно светло, и я подумал, что нужно поспешить. Неподалёку журчал родничок, я напился, умыл лицо, хорошо, что сегодня мне не нанесли боевую раскраску Тэмми, кое-как пригладил растрепавшие волосы и перевязал их одним из разноцветных лоскутков, оторванным от джибы. Огляделся. И понял, что я не просто идиот, а идиот в кубе, ибо не знаю, куда идти. Панике я не поддался, да она и проявиться попыталась как-то вяло, словно весь запас эмоций на три месяца вперед я только что поистратил, и, поскребя в затылке и обозвав себя «промандоблядской пиздопроёбиной», я отправился искать собственные следы. Как ни странно, некоторое время мне это удавалось вполне успешно, и я довольно быстро продвигался вперёд. Но потом я окончательно запутался, поэтому прислушался и замер. Где-то вдалеке мне послышался топот ног кэпсов, обрывки разговора и крики: «Кэ! Кэ!» Наши? А кому ж здесь ещё быть, да ещё на ночь глядя? И я, далее не вслушиваясь, рванул вперёд со всей возможной скоростью. И, минут через пять бешеного бега выскочил-таки на дорогу.
- Мехец, прости, я… – успел выкрикнуть я, и тут отдалённо знакомый голос ласково произнёс:
- Оказывается, Аллир Великий благоволит мне даже больше, чем я думал… А вы не верили.
И тут несколько всадников на изящных верховых кэпсах в богато украшенной сбруе быстро взяли меня в кольцо.
