– Позволял, не позволял – без разницы, я знаю лишь то, что он – заноза в одном известном месте, и я понятия не имею, почему на него с такой охотой вешаются дамы, – в голосе Пентиуса сквозила зависть, и Нифти в очередной раз удивилась, почему изобретатель наотрез отказался от её предложения. Вот тебе снятие стресса, почему бы не воспользоваться шансом?..
– Сэр, – подумав, окликнула постояльца Нифти, – Я уверена, что если расскажу Вам то, что знаю о лорде, Вы измените своё отношение к нему.
– Вот это вряд ли.
– И всё же.
– Если у тебя получится, – повернулся к ней округлый значок с окантовкой цвета медной проволоки, – Я буду изрядно удивлён.
– Получится, сэр, даже не сомневайтесь. Я расскажу Вам об одном дне, когда мы с мессиром ещё были живы… Вам интересно?
– Сейчас мы на охоте, надо молчать.
– А после?
– Хочешь стать моей Шахразадой, Карамелька?
– Да. Как я уже и говорила, я должна как-то компенсировать Ваш недостаток сна, а иначе Вы никак не соглашаетесь.
– А ты настырная… Всё, сиди тихо, я чую одну совсем близко!
Нифти, явно воспринявшая отлов грызунов как заменитель американских горок, с радостью принималась визжать, едва цель оказывалась в пределах досягаемости:
– Ещё одна, сэр! Как ловко, здорово!!
– Мелкая, ты меня оглушишь! – вроде как возмущённо шипел Пентиус, скользя по каменному полу, – Не говоря уже о том, что действительно поднимешь весь отель, и они сбегутся смотреть, что происходит.
– А что? Мы ещё ничего не делаем.
– Оставь себе это «ещё», я что, похож на совратителя?.. Ай! – он недовольно зашипел, поскольку Нифти шлёпнула его по капюшону:
– Вообще-то мне на момент смерти было 23, я не виновата, что такая маленькая!.. Крыса, сэр, я её вижу, скорее!!
Кажущееся громоздким змеиное тело повернулось к мишени за долю секунды. Грызун, поняв, что настал его смертный час, испуганно пискнул и метнулся куда-то в темноту.
– Сэр, скорее за ним!
– Я тебе, что ли, собака, юная леди?!
– Лошадь! Н-но! – увлёкшись, девушка забарабанила пятками по его груди, – Лови-лови-лови-лови!
Распалившись от такого беспардонного напора ещё сильнее, Пентиус действительно рванул следом за добычей, на поворотах помогая себе руками. Счастье Нифти можно было измерять центнерами, пока они стремительно пересекали подземелье. Кто бы мог подумать, что тут столько коридоров!
Хруп!
Изловчившись, наг всё же смог поймать грызуна, укусил и отпустил его, по-змеиному наблюдая за действием собственного яда. Крыса беспомощно пискнула и вскоре перестала бороться.
– Мы сделали это, сэр! Ура-ура нам, двум доблестным воинам! Ура Сэру Пентиусу и его верному менестрелю! – крикнула Нифти, оказавшись на земле.
– Ладно, ладно, это уже перебор, – демон-змей против воли вспушил капюшон, отмахиваясь из ложной скромности, – А менестрель, что же, сложит героическую песнь?
– Менестрель не силён в сложении рифм, но как насчёт вина, мессир? – сделала книксен демон-лолита, с удовольствием включаясь в игру, – Только это будет нашим с Вами секретом. Где-то здесь есть старинный погреб семьи Магне… Не скажу, что смогу налить Вам много, но раз Вы мне помогли… Вы же пьёте вино?
Судя по выражению морды Пентиуса, по ту сторону его сущности происходила какая-то неимоверно сложная работа:
– Что ж, пожалуй, я бы пропустил по бокальчику… А где мы сейчас, кстати? Далеко до погреба?
– О… – девушка только сейчас поняла, что они забрели довольно далеко, – Признаться, я впервые вижу эти туннели.
– Шутишь? Как это ты впервые их видишь, ты же здесь работаешь!
– Верно, сэр, но я убираюсь в отеле, а не разведываю катакомбы.
– Выходит, мы заблудились?
– Боюсь, что так, сэр.
Последовавшее за этими словами шипение перешло в насмешливое фырканье:
– Карамелька, ты сначала делаешь, потом думаешь… Не волнуйся, всё не так плачевно. Мне достаточно попробовать воздух, чтобы узнать, где пролегал наш маршрут. Но вот только…
– Сэр?
– Зови меня Пент, – снизошёл до милости хищник, сосредоточенно поводя раздвоенным языком, – Хм-м. Запах слабоват, но чем-то мне знаком. Что-то постороннее. Так пахло в моём поместье у пруда… Ты что-нибудь обоняешь?
– Да, чуточку, – согласилась с ним демонесса, отметив про себя слово «обоняешь», – Это вроде… тина.
– Твоя правда. И запах идёт оттуда, – Пентиус повернулся к проходу, в котором хотела скрыться преследуемая ими крыса, – Эй, шмакодявка, ты думаешь о том же, о чём и я?
– В аду нет тины.
– Именно, пуговка. Наши действия?
– Мы же бесстрашный тандем, – девушка скрестила руки на груди, подбочениваясь.
– Ох… Ни в чём себе не отказывай, кроха, мне вообще не надо спать.
– Сэр, Ваши фразы нарочно звучат двусмысленно, или Вы даже не в курсе, что с ними что-то не так?
– Пошли уже.
– А мне можно вернуться к Вам на плечи?
– Что с тобой поделаешь… Залезай.
С каждым метром запах становился всё отчётливее. Поначалу Пентиус продвигался быстро, но затем начал замедляться:
– Впереди что-то большое.
– Живое?
– Определённо… Ты там что, спряталась за мой капюшон?
– А куда ещё прикажете мне прятаться?
– Действительно, как же я сам не догадался… Замри! Видишь?
Нифти уставилась в темноту:
– Это… валун? Мамочки, он дышит!
