- Можете, - и вновь голос мальчишки был уверенным и бессомненным. – Возьмите пистолет, - это прозвучало, как приказ, но все так же мягко, с теми же журчащими переливами, ласково, чувственно, и альфа повиновался, поднимая с постели оружие и неуверенно сжимая его в правой руке
- А теперь прицельтесь и стреляйте, - услышав столь ранящие его слова, Хидан будто очнулся – резко вскинул голову и руку, сжимающую пистолет, одновременно, собравшись, вернув себе уверенность и трезвость рассудка – но это был всего лишь миг, ровно до того момента, пока мужчина вновь не увидел эти прекрасные карие глаза, и рука корпусника дрогнула, вмиг становясь влажной и снова подрагивая
- Вы – хороший человек, - мальчишка аккуратно, но при этом и не разрывая зрительный контакт с альфой, приподнял руки и прикоснулся тонкими пальчиками к руке корпусника, направляя пистолет себе точно в область сердца и большим пальцем чуть надавливая на указательный мужчины. – Будь счастлив, альфа, - омежка улыбнулся, мягко так, дружелюбно, с благодарностью, и плавным, едва заметным движением чуть сильнее нажал на указательный палец мужчины. Раздался хлопок, от которого Хидан вздрогнул, звук которого завибрировал в витках его энергетики, будто сливаясь с ним и пробирая всю сущность мужчины. Тонкие, теплые, нежные пальчики разжались, каштановые волосы слегка взметнулись, карие глаза полуприкрылись, изящное тело чуть выгнулось, а после плавно, с ужасающей грацией утонуло в шелках простыней, которые ещё хранили запах недавней близости. Альфа не мог отвернуться, кусал губы, сжимал кулаки, негодовал ментально, пытаясь заставить себя развернуться и уйти, но не мог, просто стоял возле кровати, не в силах оторвать взгляд от мальчишки, золотистая кожа которого до какой-то извращенной красоты, невероятно искусно контрастировала с цветом крови, в которую окрасились простыни под ним, и на губах которого застыла ласковая, умиротворенная, непорочная улыбка
Конец флэшбэка.
- Понимаешь, я же с ним в сцепке был, он же забеременеть от меня мог, - Хидан, покрутил в руках бокал с коньяком, всматриваясь в его золотистые переливы. – Я же, получается, и ребёнка своего убил
- Вы… вы не виноваты, - это все что сейчас мог сказать Киба, будучи ошарашенным и до едва удерживаемых слез пораженный рассказом. – Это все война и приказы свыше
- Нет, - категорично возразил альфа, и его биополе дрогнуло, резко взметнулось, выплеснуло просто невероятное количество энергетики, которая тут же развеялась, не причинив вреда омеге. – Я просто оказался слаб и беспомощен, слеп, в конце-то концов, просто инструмент, безродная игрушка, которой манипулировали ради достижения собственных целей. Я – трус, - на несколько минут повисло гнетущее молчание. Мужчина замкнулся, свернув свое биополе, а Инудзука просто не мог подобрать слов, ведь что можно сказать, как можно утешить человека, какими доводами оправдать его действия, если сам пепельноволосый не желал отпускать эти воспоминания и тем более не хотел сбрасывать из себя груз вины за содеянное
- Ну, да ладно, - Хагоромо будто очнулся и совершенно иным, уже привычным, слегка пристальным взглядом посмотрел на шатена. – Ты-то, мелкий, как? Лечение хоть помогает?
- Вроде как, - Киба не хотел говорить на эту тему с мужчиной, но не потому, что тот был альфой, а потому, что он не хотел обременять этого человека своими проблемами, не хотел ему доверяться, сближаться с ним, все ещё опасаясь, что в этой якобы заботе и дружелюбности есть какой-то подвох, хотя, возможно, были и другие причины, которые омега сам пока не хотел признавать
- Это хорошо, - Хагоромо вздохнул и поднялся. – Я пойду, ладно? – шатену показалось странным, что мужчина спрашивает у него разрешения покинуть его квартиру, будто надеется, что ему в этом откажут, что задержат, что позволят остаться, но Киба в ответ уверенно кивнул
- Да, идите, - Инудзука отвел взгляд и на секунду прикусил нижнюю губу. – Было приятно с вами пообщаться
- Тогда я приду ещё? – с некой надеждой спросил Хагоромо. – Может, завтра?
- Приходите, - пробубнил Инудзука, едва заметно кивнув. – Только мне завтра на первую смену, так что дома буду не раньше шести вечера
- Договорились, - альфа учтиво поклонился, выражая свое уважение хозяину дома. – Спасибо за ужин. До завтра
Киба не стал провожать своего гостя, он просто не мог сдвинуться с места, все ещё будучи под впечатлением от услышанного и в какой-то мере опасаясь смотреть бывшему корпуснику в глаза, будто в них он мог бы увидеть то, что что-то бы изменило в его жизни, а перемен Инудзука не хотел, боялся и их самих, и неизбежных последствий.
