Входная дверь хлопнула, и шатен облегченно вздохнул. Нет, ему не была неприятна компания этого мужчины, наоборот, ему понравился этот вечер, было приятно вновь ощущать себя живым и кому-то нужным, хотя бы на пару часов забыть обо всех своих проблемах и быть нормальным, чувствовать себя полноценным омегой, вот только что-то гложило Кибу, какое-то сомнение снедало его изнутри, которое и не позволило разрешить пепельноволосому остаться ещё хотя бы на час. Невольно перед глазами всплыл образ мальчишки из рассказа корпусника – каштановые волосы, карие глаза, омежка – и Кибе вмиг стало все понятно, причем понятно до боли и душащих слез. Похоже, в нем Хидан просто видел замену этому мальчику, помогал ему, стараясь загладить свою вину перед этим омежкой, таким способом пытался приуменьшить свой грех перед богами, и что самое обидное, что альфа видел в нем не Инудзуку Кибу, а того, неизвестно шатену омежку, которого мужчина не смог спасти.
Киба согнулся и обхватил голову руками: когда же эта череда боли и разочарований наконец-то прекратится? Когда же, наконец, он встретит человека, которому сможет доверять? Когда богам надоест испытывать его? Когда он таки будет счастлив? Ненавидел ли он Хидана? Пожалуй, нет, но и заменой утраченного Инудзука быть не хотел, не хотел, чтобы, смотря на него, альфа видел другого, того, кто с одного взгляда покорил сердце корпусника, чего ему самому, похоже, сделать было не дано.
Темари сидела на диване в длинном махровом халате, поджав под себя ноги, и мелко вздрагивала каждый раз, когда по дому прокачивались отголоски мощных ментальных волн. Окна в гостиной уже заменили, осколки и грязь убрали, мебель поставили на место, но атмосфера уюта так и не вернулась в дом, постоянно нарушаясь всполохами необузданной силы и животным страхом блондинки. Канкуро пришлось отправить к отцу, так как он чувствовал себя крайне плохо и постоянно порывался куда-то, рыча и требуя, чтобы его не держали, сама же Темари предпочла остаться дома, хотя она бы с удовольствием тоже уехала куда-нибудь, но беспокойство за брата и желание разобраться в ситуации не оставили ей выбора, так что приходилось, постоянно поддерживая ментальные щиты, терпеть.
Гаара сидел напротив сестры, чуть хмуря едва заметные светлые брови, и сконцентрировано поддерживал невероятно плотный ментальный щит вокруг всего дома, чтобы происходящее в нем не стало известно случайным прохожим. Темари смотрела на альфу и не узнавала в сидящем перед ней человеке своего брата: совершенно другой взгляд, иная форма биополя, ужасающая, пугающая своей ментальной мощью сила, которая подавляла её сущность, заставляя подчиниться, и, если бы такая сила исходила не от её кровного брата, то, наверняка, блондинка уже давно бы утратила рассудок, постоянно находясь под столь мощным ментальным давлением.
- Гаара, это не нормально, - наконец, впервые за весь день, Темари обратилась к брату. – Ментальная сила альфы не может быть материальной, по крайней мере, не у 23-летнего парня, да ещё и глаза, - девушка видела, что альфа совершенно не изменился в лице, его биополе не дрогнуло и он даже не посмотрел на неё, продолжая сконцентрировано о чем-то думать. – Мне нужны объяснения, - Собаку не сказала «требую», потому что требовать она просто не имела права, она просила, она должна была быть в курсе событий, ей нужно было оценить возможную опасность. – Я должна знать, что с вами двумя произошло?
- Мы всегда были такими, - сухо ответил Гаара, даже не взглянув на сестру, - и единственное, что ты должна, так это поверить мне и не распространяться об увиденном, а с Канкуро я сам поговорю
Альфа встал, единым, повелительным движением показывая, что разговор закончен, и Темари действительно оборвала свой, так и не озвученный вопрос. Она привыкла к своему старшинству, привыкла, что именно она контролирует ситуацию и является защитницей, но, похоже, бразды первенства перешли к её брату, и блондинка была более чем согласна, преклоняясь пред его ментальной силой и признавая право на главенство, но, как сестра, она все же продолжала беспокоиться, не собираясь, конечно же, выдавать тайну повязанных, но и пообещав себе разобраться в ней.
