- Мама? – шокировано переспросил Акасуна, окончательно запутавшись и в речах омежки, и в своих собственных мыслях. Он, конечно же, знал, что у каждой матки, есть либо мама, либо папа омеги, но и подумать не мог, что в улье существует такое понятие как привязанность, тем более, он не понимал, каким образом могли допустить женщину к воспитанию своего ребёнка и как ей могли позволить дать ему имя, если все дети были достоянием Красной Луны, а в улье не было такой ячейки, как семья
- Хаку но Юки, - пробубнил мальчик, а после, вздрогнув, поднял голову и выразительно посмотрел на альфу. – Мое полное имя – Хаку но Юки
- Быть не может… - Сасори сел на постели, в этот миг позабыв и о желании, и обо всех своих подозрениях, остались только сумбурные мысли и печальные глаза мальчика, а так же ощущение, такое щемящее, отдающее тупой устаревшей болью в груди, и ноющее глубоко в душе
Примерно десять лет назад Акасуна, ещё будучи ветреным и пустоголовым человеком без определенной цели в жизни, не сильно интересовался событиями в державе, особенно политическими, но одна новость, которая облетела всю страну, всколыхнув её своей жестокостью, все же отпечаталась в его памяти, как пример нечеловеческого зверства. Клан Юки был малочисленным, фактически, почти исчезнувшим, но статус свой все равно держал цепко, контролируя много рудников, как металлов, так и драгоценных камней, на Хонсю и тем самым будучи очень выгодным государству. Но что-то случилось: то ли глава клана перешел кому-то дорогу, то ли кто-то пожелал заполучить владения Юки, но факт оставался фактом – за одну ночь неизвестные истребили весь клан. Поселение Юки находилось высоко в горах, где в зимний триместр выпадали снега, поэтому, когда туда прибыл спасательный отряд корпусников, спасать там, по сути, было нечего и некого: деревня была сожжена дотла, а утренний снег скрыл не только следы преступников, но и все улики. После расследования, которое, впрочем, так и не дало результатов, земли клана были выставлены на аукцион и приобретены кланом Учиха, владением коего являлись и по сей день, а сам клан Юки был вписан в Анналы Истории Мира, как истребленный до последнего наследника. Да, так считалось, но, судя по рассказу мальчика, один наследник все же выжил, более того, был Истинным лучшего друга приемника главы клана Учиха – Учихи Итачи. И после всех этих, казалось, совпадений Сасори начал сомневаться в том, что богов вместе с их воистину бесовскими проделками не существует.
- Хаку, - Сасори осторожно наклонился вперед и, подтянув мальчика к себе, крепко его обнял, чувствуя, как тот дрожит в его руках, но, тем не менее, прижимается к нему, цепляется за его плечи, доверяет, ощущает опору и поддержку и немного успокаивается, - расскажи мне о том, что произошло 10 лет назад
- Я плохо помню, - омежка всхлипнул и ещё теснее прижался к альфе, - точнее, почти ничего не помню, ведь мне было всего шесть. Только огонь и крики, а ещё какие-то тени. Я думал, что это бесы. Мама часто меня пугала тем, что, если я не буду слушаться, за мной придут бесы и заберут в Преисподнюю, вот я и испугался. Я думал, что они пришли за мной, - Сасори только и мог, что крепко обнимать своего омежку и нежно целовать его в темную макушку, в данный момент в прямом смысле этих слов, на себе ощущая то, что пережил его мальчик, будто, и вправду, перед его глазами скользили ужасные высокие тени, озаряемые жарким пламенем пожарищ
- Дальше как-то смутно, - продолжал Хаку, обвив шею красноволосого руками и положив голову ему на плечо, - но там был человек. Я не помню его лица, но помню протянутую мне руку, за которую я и уцепился, а после, - омежка вздохнул, - после я оказался в улье
- Тот человек, который тебя забрал, - Акасуна бережно поглаживал мальчика по спинке, пытаясь успокоить и перебрать на себя его боль, которую причинял сам своими же расспросами, но оборвать разговор не мог, понимая, что ему нужно знать все, - это был Забудза, да?
- Да, - Хаку едва заметно кивнул. – Он оставил меня при себе, назвал сыном и занялся моим обучением, пытаясь вырастить альфу, который будет достойным его наследия
- Альфу? – слегка удивленно переспросил красноволосый, подумав, что либо он что-то не так понял, либо у Момочи было не все в порядке с головой, ведь никакие тренировки и никакая муштра не сделают из омеги альфу
- Сперва он заботился обо мне просто так, из-за интереса, наверное, а после, в восемь лет, мой первичный статус определили как альфа, - Хаку уже немного успокоился, его рассказ стал более внятным и менее сбивчивым, но Акасуна не торопил мальчика, позволяя пока что рассказывать так, как тот может, а уже позже, когда он все осмыслит сам, красноволосый собирался расспросить о деталях
