Сущность человека полностью

(27) Читателей, вероятно, уже не удивит тот вывод автора этих строк, что первобытные люди в ряде отношений были людьми в большей степени, чем цивилизованные люди, люди классового общества. Великая заслуга Юрия Ивановича Семенова заключается в том, что в своей книге «Происхождение брака и семьи» он доказал, что переход от животных отношений авторитарного протоуправления к первым человеческим отношениям — первобытным отношениям коллективной собственности и коллективного управления — спас возникающее человечество от гибели (это мы уже отмечали в начале второй главы). Тем самым Ю. И. Семенов дал фактическую основу для следующих выводов:

на новом витке общественного развития повторяется та же ситуация, что и на заре истории человечества — только коллективные отношения, делающие человека человеком, могут спасти человечество от гибели. Все же теоретические и публицистические аргументы, направленные против борьбы за переход к коллективизму и основывающиеся на апологии «уникальности, неповторимости, незаменимости, самоценности» индивидуальной личности и ее творчества, являются по сути дела апологией таких общественных отношений, которые низводят человека до животного, обедняют и искажают его творчество, наконец, угрожают человечеству гибелью. Индивидуальная личность, этот продукт цивилизации, есть не что иное, как повторение на новом витке развития той полуобезьяны, которая в кровавых драках с членами своего стада отвоевывала себе лучший кусок добычи и лучшую самку; и точно так же, как человечество выжило в первобытные времена лишь потому, что на смену стадам тогдашних «индивидуальных протоличностей» пришли первобытные племена, каждое из которых было единой коллективной личностью, — точно так же человечество выживет сегодня, лишь если станет единой коллективной личностью, растворившей в себе нас, скотов, гордо именующих себя «человеками» и «индивидуальными личностями».

Разумеется, Ю. И. Семенов не пользовался в той своей книге — великой книге — такими терминами, как «отношения индивидуальной, авторитарной и коллективной собственности и управления» и «коллективная личность». Но его великая теоретическая заслуга, о которой мы ведем речь — заслуга, делающая его книгу «Происхождение брака и семьи» одной из теоретических предпосылок нашей концепции трех типов отношений собственности и управления (неотъемлемой частью которой является тот вывод Семенова, о котором сейчас шла речь) — от этого ничуть не умаляется.

Но вернемся к «индивидуальной личности». Почему и фашисты, и либералы, и анархисты, и большинство марксистов (среди которых, впрочем, иногда встречаются такие приятные исключения, как Луи Альтюссер) носятся с нею, как с писаной торбой? — Очень емкую и лаконичную характеристику глубинных причин этого можно найти у Т. Адорно:

«Чем безличнее наш общественный порядок, тем более значимым становится индивидуализм как идеология. Чем энергичнее отдельный человек низводится до простого колесика в механизме, тем настойчивее должна быть подчеркнута, как компенсация за его бессилие, идея его неповторимости, автономии и значимости» [12, с. 312].

Отсюда, между прочим, следует, что болтовня о самоценности, уникальности, неповторимости и т. п. индивидуальной человеческой личности есть не что иное, как одно из идеологических орудий, посредством которых личности-господа подчиняют себе — а следовательно, подавляют — личности своих подчиненных.

Вот один из ярких примеров апологии индивидуальной личности как идеологического орудия буржуазии: