— Известно, как колдуна удалось остановить? — облокотилась на ручку сидения и подперла мечтательно подбородок ладонью. Карета давно тронулась, и мы выехали за пределы особняка. Объезжая город и дальше — через холмы и небольшой перелесок.
— Нет, конечно, — фыркнула старшая сестра. — Говорят, его уничтожила обратная сторона его магии.
— Обратная сторона его магии? — совсем не поняла сказанного.
— Чистый Дар Жизни, — пояснила Эмиса снисходительно.
Ну а я, вспоминая, как отреагировали наши с Эльгоном энергии, лишь мысленно ужаснулась тому, насколько разрушительной и кровопролитной на самом деле могла быть Трагическая Война. И почему ее назвали именно так. Ведь стоило лишь крупицам соединиться, как произошел невероятный диссонанс. Что же получится, если объединить развитое Проклятье Смерти и чистый Дар Жизни? Даже думать страшно.
— А Дар Жизни тоже существует? — полюбопытствовала невзначай. — Чистый.
Конечно, я читала о нем. Как и Проклятье Смерти, он является частью силы богов. Вот только о носителях тоже ни разу не слышала. И если такие, как я, хоть изредка рождались, то обладателей Дара Жизни, по-моему, вообще не встречалось.
— В чистом виде его больше нет, — покачала головой Эмиса, взглянув на меня. — Только его маленькая толика среди врачевателей и целителей. Последний, кто им обладал, погиб в сражении с Бранигеном.
— А как его звали? — продолжила допрос сестры, когда мы вновь выехали на открытую местность. За горизонтом даже забрезжили лучи света, робко пробивавшиеся сквозь тьму серых туч, и от этого сразу стало гораздо веселей.
— Кого? — не сразу сообразила Эмиса, начиная волноваться.
Мы, должно быть, уже подъезжали к месту проведения второго испытания. Настолько далеко от дома я еще не выбиралась, а оттого и у самой сердце неровно забилось в груди. Но больше от предвкушения, нежели волнения.
— Последнего обладателя Дара Жизни, — напомнила суть нашего диалога.
Родственница только плечами пожала.
— Откуда ж мне знать, Аль, — развела она руками. — Сама же прекрасно знаешь, что почти все летописи после событий Трагической Войны были уничтожены.
И это было самое обидное. Столько всего неизведанного осталось, покрытого тайной. Чего-то, о чем мы, вероятно, вообще никогда уже не узнаем.
— Странно, что сохранилось имя Бранигена, — рассудила вслух, — но не дошло до сих дней имя того, кто сумел его остановить. И то, как он это сделал. Это же великий и храбрый поступок.
Эмиса, пожав плечами второй раз, отвернулась. Экипаж начинал постепенно замедляться, кучер что-то выкрикнул лошадям, и я тоже с охотой выглянула в окно. Один раз колесо попало в выбоину, отчего карета подпрыгнула, и нам с сестрой едва удалось удержаться на своих местах, ну а после этого случайного инцидента мы и вовсе окончательно остановились.
Осмотревшись по сторонам, заметила остальных участниц, которые добрались сюда чуть раньше нас. В основном, они задумчиво рассматривали окружающие пейзажи и виднеющееся в нескольких десятках шагов здание с колоннами, которые были увиты вьюном.
— Прошу вас, миледи, — кучер открыл перед нами дверь и я, пропустив вперед Эмису, ступила на влажную после дождя траву.
Изморось окончательно закончилась, и это не могло не радовать. Вокруг нас выстроились древние постройки, старинные на вид, да и практически развалившиеся. Вперед убегала поросшая высокой травой дорога, мощеная крупным белым камнем. Она-то и вела к ступеням того здания, на которое сейчас все так волнительно смотрели.
— Где мы? — робко поинтересовалась у сестры. Не хотелось нарушать воцарившуюся величественную тишину.
— Храм бога смерти, — мрачно выдавила из себя Эмиса. Похоже, всеобщего восторга по поводу того, куда нас привезли, она не разделяла.
Да и я как-то напряглась, по спине при звуке ее слов пробежался холодок. Понимала, что для магического испытания требовалась какая-то площадка, нежели особняк Его Величества, но не думала, что нам придется проявлять свои таланты к колдовству прямо в храме того, чей дар тяготит меня уже несколько лет.
— Почему именно тут? — растерялась. Сделала насколько робких шагов по траве, однако так и замерла в нерешительности.
Конечно, с течением времени тут почти ничего не осталось, все скульптуры были разрушены, да и место выглядело еще более разваливающимся, нежели тот же храм старых богов непосредственно в городе, однако мне все равно здесь не нравилось. Залегло какое-то не очень приятное предчувствие. Или просто я интуитивно не любила все, что связано со смертью и моим… даром.
— Говорят, тут раньше проходили смертельные поединки, — заявила Эмиса. — В честь бога смерти. Проигравшего приносили в жертву.
От слов сестры мне стало совсем дурно. Нас ведь не собираются приносить ни в какие жертвы? Верно?
