Седрик неотлучно сидел возле постели Бренды, Ричард прислал к ней своего личного врача, тот едва только глянув сразу решил срочно в первую очередь промыть девушке желудок, теперь она, как казалось, просто спала. Рыцарь тревожно вглядываясь в осунувшееся с темными кругами под глазами, но ставшее бесконечно милым и родным лицо невесты, поражался осознавая, что никогда раньше ни к кому не испытывал такой безграничной нежности.
Наконец очнувшись, она приоткрыла глаза, и едва слышно выдохнула:
– Пить.
Седрик кинулся к ней, поднеся заранее наполненную водой кружку, бережно приподняв голову, осторожно напоил, присек слабую попытку подняться, мягко удержав, заботливо попросил:
– Лежи, тебе пока не стоит вставать.
– Что со мной?
– Кто и чем тебя поили?
Припомнив отвратительную старуху, девушка болезненно поморщилась:
– Я впервые видела ее, пожилая дама, она силой заставила выпить какую то горькую смесь.
– Ты видела Джеймса, он присутствовал при этом?
– Нет, его не было.
В комнату без стука стремительно вошел Ричард:
– Пришла в себя – Обрадовано заметил принц – Как вы себя чувствуете?
– Благодарю вас, уже гораздо лучше, – смущенно отводя глаза в сторону, заверила девушка.
Понимая ее состояние, принц удовлетворенно кивнул головой и резко развернулся к другу, на время, забыв о ней, радостно сообщил:
– Джон по-прежнему уверен, болезненное состояние дамы чисто случайное недоразумение, а ваш спор должен быть разрешен в честном поединке. Хотя, глядя на Джеймса, абсолютно очевидно, он совсем не разделяет желание своего господина, ему явно не по душе такое предложение. У Джона страсть к турнирам просто в крови, думаю, он, как и Джеффри рано или поздно поплатится за это. Как тебе предложение?
– О, я с ним полностью согласен, более того, просто мечтаю об этом поединке. Впервые желания принца и мои так схожи, и уж точно впервые в жизни я ему благодарен.
Глаза рыцаря азартно горели боевым огнем, принц довольный ответом рассмеялся:
– Не сомневался в твоем ответе и уже выразил за тебя согласие.
– Когда? – Нетерпеливо поинтересовался рыцарь.
– Завтра утром.
Бренда с тревогой прислушивалась к их разговору, не выдержав, предупредила:
– Джеймс ужасный человек, он очень опасен, и способен на самую низкую подлость.
Ричард снисходительно улыбнулся, хитро подмигнув Седрику:
– Как и его хозяин, нам ли этого не знать.
Утром с наружной стороны замка собралось столько народу, что казалось, яблоку негде было упасть. Здесь на равнинной возвышенности было специально устроенное для турниров поле, огороженное заграждением. Вдоль ограды в несколько рядов были установлены скамьи, причем для удобства зрителей каждая последующая скамья была выше предыдущей. Все места до отказа были заполнены людьми. В центре ограды находилась устроенная галерея, увешанная богатой драпировкой, на коврах устилавших пол всюду на восточный манер были разбросаны подушки для удобства знатных зрителей, которые, высокомерно развалившись, скучали в ожидании поединка. В самом центре галереи, как раз против центра поля, под балдахином с королевским гербом стояло три кресла, в центре восседал король, слева от него принц Джон и по правую руку принц Ричард. Рядом вокруг них расположились многочисленные представители их свиты. Величественным взмахом руки король подал знак герольдам провозгласить правила поединка. Было объявлено, рыцари вольны сами, выбрать каким будет исход сражения, прикоснувшись, как принято, острым или тупым концом копья к щиту противника. Победитель в качестве приза получит невесту в лице леди Клайв. Герольд закончил возгласом:
– Пусть победит сильнейший.
Наконец ворота открылись и на арену выехали два рыцаря, облаченные в боевые доспехи, проехав через все поле, остановились там, где висели щиты. Бросив через щель забрала взгляд в сторону соперника, Джеймс поспешно первым ударил тупым концом копья в щит Седрика, указывая, бой будет до первой крови. Наслышанный о благородстве противника в душе был твердо уверен, что тот вынужден, будет последовать его примеру. Все присутствующие с замиранием напряженно ожидали, следя какой же выбор сделает второй рыцарь. Проследив за движением копья Джеймса, принц Джон недовольно скривился, скосившись в сторону брата хотел незаметно подглядеть за его реакцией, но встретился с откровенно смеющимися глазами, шумно вздохнул и отвернулся. Ричард громко рассмеялся в голос. Седрик решительно приблизившись к щиту, неумолимо уверенно ударил острым концом, выбирая бой до смертельного исхода одного из противников. По рядам зрителей возбужденных азартом пронесся изумленный ропот. Оба рыцаря заняли свои места, герольд громко провозгласил:
– Начинайте, благородные рыцари.
