С тяжелой головой Бренда очнулась от забытья, первым, на что натолкнулся рассеянный взгляд, вновь был кувшин, стоявший на прежнем месте, на стуле. Пересохшее от жажды горло горело и неприятно саднило, сухим разбухшим языком медленно с трудом провела по потрескавшимся губам, скривилась от болезненно неприятного ощущения, и буквально сразу же почувствовала как волна тошноты, поднявшись из глубины организма, захлестнула ее. Рука непроизвольно потянулась к кувшину и в ту же секунду с сомнением замерла, припоминая, что-то подобное вроде бы с ней уже происходило, вспомнила отчетливо, и нисколько больше не сомневаясь, пнула ногой по стулу. С громким шумом стул опрокинулся, упавший вместе с ним кувшин с дребезгом раскололся на несколько частей. Дверь словно в ответ отворилась, и в проеме показалось отвратительное лицо злой старухи:
– Ты что делаешь? Зачем разбила кувшин? – Возмущено злым голосом заворчала ведьма.
– Кто вы, почему я здесь? – Торопливо поинтересовалась Бренда в надежде, что у женщины будет гораздо проще все выяснить.
– Алек, принеси приготовленный кувшин.
Оставив вопрос без внимания, не поворачивая головы, громким голосом потребовала старуха.
В комнату с кувшином в руках тяжело ступая, ввалился огромный мужчина.
– Я не хочу пить – Протестующее мотнула головой девушка.
Ведьма злобно захихикала:
– Придется, видишь ли, здесь никого не интересует, что хочешь ты.
Старуха кивком головы указала вошедшему на девушку, беспрекословно повинуясь, верзила цепко схватил пленницу за плечи, безжалостно придавив к матрасу. Бренда удивилась, ощутив, с какой хваткой вцепились костлявые пальцы старухи, в ее волосы, легко запрокидывая голову назад, она даже и предположить, не могла, что немощная на вид старуха может обладать такой силой. Надавив на щеки девушки, ведьма заставила несчастную открыть рот и, наклоняясь ниже, заботясь, не расплескать зря драгоценное зелье аккуратно влила в нее пахучую жидкость всю до последней капли.
– От этого ты не будешь спать, а просто будешь послушной, как и положено настоящей леди.
Все происходившее дальше Бренда ощущала как во сне, ее куда-то повели, умыли, причесали, затем как сквозь туманную пелену различила силуэты, мирно беседующих людей и вдруг до нее вполне отчетливо донесся любимый голос. Он звал ее по имени, но не хватало сил даже открыть рот, душа рвалась навстречу голосу, но неведомая сила внутри сковывало движения, поблизости, совсем рядом, послышалось злобное шипение:
– Опять перестаралась, мне совсем не такой нужен эффект.
Страх, что голос может исчезнуть, наполнял душу ужасом, безумно хотелось крикнуть, что она здесь, собрав все силы, сделала попытку встать и почувствовала, что сознание вновь покидает ее, последнее, что успела ощутить, были чьи-то руки, которые крепко сжали в своих объятиях.
На следующий день Седрик, наконец-то, увидел Бренду, бледная с неестественно горящими, казалось ничего не видящими глазами, она как изваяние сидела в кресле в глубине зала, окруженная людьми принца Джона. Рядом за ее спиной стоял заметно растерянный Джеймс, изображая трогательную заботу, хлопотала отвратительного вида пожилая женщина. Ни короля, ни принца Джона в зале не было. Седрик вошел вместе с Ричардом, и прямиком направились к ней.
– Бренда, с тобой все нормально? – С волнением в голосе обратился Седрик.
При звуке его голоса девушка едва заметно вздрогнула, но ничего не ответила.
– По-моему совершенно очевидно, леди не желает вас видеть. – Попытался быть убедительным Джеймс, но голос его предательски дрогнул, отчетливо выдав смятение и страх. – Я же уже говорил, она плохо переносит дорогу и просто не успела, как следует, прийти в себя. – Поспешно добавил он, стараясь придать своему голосу как можно более равнодушное звучание.
– Бренда, Бренда, ты видишь меня? – С тревогой, вглядываясь в ее остекленевшие глаза, с все возрастающим беспокойством продолжал взывать Седрик.
Сурово сдвинув брови, принц метнул разъяренный взгляд на Джеймса с явной угрозой в голосе, мрачно отчеканил:
– Мы видим, что леди больна, но очевидно – Ричард сделал особое ударение на слове, произнесенном ранее Джеймсом – лишь, что ее чем-то опоили.
Джеймс затрепетал:
– Клянусь, совсем недавно она чувствовала себя гораздо лучше.
Принц, не сводя с него убийственного взгляда, мрачно ухмыльнулся:
– Не сомневаюсь, но потом, вы крайне перестарались.
– Бренда, ты узнаешь меня? – Не теряя надежды, звал Седрик.
На лице несчастной отразилась мука и страдание, качнувшись сделала попытку встать и попросту бессильно сползла в во время подставленные руки Седрика. Джеймс поспешно кинулся на перехват, но грозным рыком Ричарда буквально был пригвожден на месте:
– Назад.
Седрик, прижав к груди бесчувственное тело невесты, медленно поднял на соперника замораживающий душу ледяной взгляд:
– Чуть позже, как и обещал, мы поговорим с тобой, надеюсь, не сбежишь позорно?
Бережно неся свою драгоценную ношу, направились к выходу, их вид был настолько пугающее грозен, что заметавщиеся в панике придворные, поспешно бросившись врассыпную, мгновенно освободили проход.
