По его приказу за весь прошедший день им не разу не принесли еды, он посчитал, что уединение и голод быстрее помогут дамам понять всю безвыходность их положения. В предвкушении удовольствия от вида заплаканных дам, наверняка, ставших более сговорчивыми, довольный открыл дверь и с открытым ртом замер на пороге. Комната была пуста. Он стоял, словно, пораженный громом, затем резко кинулся к окну глянул вниз, веревки видно не было, но даже если бы она и была, они бы все равно не смогли спуститься вниз, особенно, эта толстуха, да и охрана со стены их бы тут же заметила. Джеймс заметался по комнате, с подозрением безрезультатно рассматривая стены.
Вдруг его мозг пронзила страшная догадка, возможно и Седрик тоже исчез, дрожа от нетерпения бегом бросился в подземелье, пугая своим грозным видом воинов попадавшихся на его пути.
Распахнув дверь, облегченно вздохнул, пленные находились в том же положении, как он и оставил их час назад. Седрик приподняв голову, тут же радостно поприветствовал:
– О, уже соскучился, не стесняйся, заходи.
Ничего, не ответив, Джеймс с громким шумом захлопнул дверь, выйдя во двор, нервно заходил из стороны, в сторону лихорадочно покусывая губы. То, что девушки теперь на свободе все меняло, раздраженный тут же отдал своим воинам распоряжение:
– Снимите пленных, но пусть остаются связанными.
Ему не пришлось долго думать, чтобы понять, в случившемся явно замещена Ингрид.
– Где эта чертова шлюха, приволоките мне ее сюда. – Дико заорал он, найдя для себя, наконец, жертву, на которую сможет выплеснуть свою злость.
Воины бросились исполнять приказ, Джеймс, в невыносимо тягостном ожидании окруженный своими людьми продолжал, как хищный зверь, кружить по двору, усиленно размышляя, куда же могли отправиться беглянки. Приняв решение, распорядился:
– Срочно вышлите по три человека в каждом направлении, они не знают дороги, их привезли сюда ночью, хотя возможно…
Не договорив до конца, замолчал, кивком головы подтвердил свой приказ, воины поспешно бросились исполнять, а сам в ожидании продолжал наблюдать, как воин, сумевший быстро отыскать хозяйку замка, бесцеремонно по земле тащил упиравшуюся растрепанную даму. Дотащив, охранник с силой толкнул ее прямо к ногам Джеймса, несчастная упала, с размаху ударившись лицом о землю, и опасливо сжалась. Он присел на корточки, грубо схватив ее волосы в кулак, и резким рывком развернул к себе:
– Твоя работа, тварь?
Искаженное болью лицо абсолютно не выражало страха, в ее глазах мелькали совершенно безумные огоньки:
– В чем еще ты обвиняешь меня?
Одной рукой сильнее стянул волосы, другой наотмашь хлестко ударил по лицу.
– В какую сторону они отправились?
В уголке из разбитых губ дамы побежала струйка крови, брезгливо скривившись, еще несколько раз с силой ударил, затем раздосадовано посмотрел на свой кулак, измазанный в ее крови, и гадливо вытер об нее.
– Как они сбежали?
Не дождавшись ответа, сильнее накрутил на кулак волосы, дернув с силой так резко, что вполне отчетливо послышался неприятный хруст.
– Кто? – безумный взгляд был полон искреннего непонимания.
– Они.
Указательным пальцем свободной руки ткнул в сторону башни, где до этого находились пленницы, и при этом резким рывком развернул ее голову в указанном направлении, вновь послышался невыносимый хруст.
– Они не сбежали. – Кривясь от боли, поспешно сообщила дама.
– И где же они тогда?
Выпучив и без того затуманенные легким безумием глаза, скороговоркой полушепотом поделилась:
– Я сама видела, как они превратились в птиц и полетели высоко в небо.
Джеймс с отвращением оттолкнул ее, повернув голову к воинам, раздраженно уточнил:
– Неподалеку от наших гостей для дамы найдется уютное местечко?
Стоявший ближе всех воин услужливо кивнул головой.
– Быстро уберите пока я не убил ее.
Обрадованная возможностью беспрепятственно попасть в подземелье, боялась, лишь бы он не передумал, и окончательно разошлась, пытаясь до конца убедить его, что испытывает панический страх и ужас, катаясь по земле, судорожно хватая его за ноги, запричитала:
– Только не это я боюсь темноты и крыс.
Представление получилось очень правдоподобным, недоверчивый Джеймс остался даже, доволен собой и своим решением, пнув, еще раз, на прощание даму пошел прочь, бормоча под нос:
– Ну, надо же, а я уже хотел добить, в таком случае продлим удовольствие.
Когда охранники тащили даму по коридору подземелья, та истошно кричала во весь голос, стремясь привлечь внимание рыцарей и сообщить им радостную новость, озираясь по сторонам, она пыталась определить, в какой же из камер содержат пленных.
– Я не виновата, что дамы сумели сбежать, я не помогала девушкам сбежать.
Заметив напротив одной камеры охранников, разочарованно поняла, рыцарей держат там, где как раз не проходит подземный ход, обращаясь, как бы к стоящим там стражникам для верности еще раз громко крикнула:
– Пленные девушки сбежали, а Джеймс меня обвиняет в их побеге.
Она орала так громко, что ее было слышно не только в соседних камерах, но даже наверно и на дворе замка.
