Уэйкфилд презрительно фыркнул:
– А я хоть и знаком с ним, тоже сгораю от желания пообщаться.
Оттуда можно попасть в замок?
– Конечно, там даже два выхода во двор и еще один тайный, – Ингрид опять стала чертить палочкой, все терпеливо объясняя.
Было решено Уилл взяв с собой шесть человек пойдет освобождать рыцарей, а Уэйкфилд с основной группой будет пробираться в замок по другому пути.
– Леди Ингрид, вы не знаете, сколько у него воинов? – Поинтересовался Уилл.
– Кроме него еще пятьдесят человек.
Троих воинов было решено оставить, охранять дам, остальные тут же занялись подготовкой к предстоящему сражению. Бренда решительно подошла к Уиллу, по ее лицу он уже заранее понял, о чем сейчас будет говорить дама.
– Я пойду с вами.
– Нет леди, я восхищаюсь вами и от всей души рад за Седрика, но битва это все же мужское дело.
Девушка протестующее замотала головой, он хитроумно не дал продолжить, умоляющим голосом с невероятно чарующей милой улыбкой приложив руку к сердцу, пояснил:
– Пощадите, умоляю, я только недавно помирился с братом, а если не дай Бог с вами что-нибудь случится? Он ведь тогда точно уже ни за что не простит меня.
Уилл улыбнулся потрясающе обворожительной улыбкой, весьма умело обезоружив и не дав времени опомниться, галантно поклонился и спешно направился к входу, воины поочередно стали входить в туннель, когда последний скрылся в темном проеме, женщины в ожидании расположились под деревом.
Воздух вокруг был совершенно неподвижен, ни малейшего дуновения ветерка солнце безжалостно палило, лучи проникали повсюду, обжигая, находили даже под сенью деревьев. Привязанные лошади беззаботно пощипывали зеленую травку, время от времени хвостами обмахивая бока от назойливых мух, высоко над верхушками деревьев с громким карканьем метались растревоженные вороны. Место, где они сейчас находились, было полностью и надежно закрыто от замка высокими скалами, увидеть их здесь никто не мог.
Бренда ходила из стороны в сторону и никак не могла найти себе места, она то присаживалась, то снова соскакивала и, заламывая руки, вновь начинала нервно метаться, Кэтрин раздраженно поглядывая на кузину, постепенно начала терять терпение. Ожившая до этого под впечатлением встречи с любимым леди Ингрид вначале сокрушенно о чем-то задумалась, а затем и вовсе впала в состояние прострации и даже не реагировала на мельтешение Бренды перед ее лицом. Усиленно покашливая в течение минуты Кэтрин раздражаясь, поняла, зря стареется ей все равно не удастся привлечь, таким образом, внимание кузины, выждав момент, когда та в очередной раз метнулась мимо, цепко ухватила подругу за подол платья и дернула с такой силой, что Бренда полуприсев едва не упала. Возмущенно посмотрев на обидчицу уже открыла рот но, заметив странно скощенные глаза Кэтрин, сопровождаемые красноречивым кивком головы в сторону дамы, осеклась. Присаживаясь, рядом с безучастной леди Бренда приобняла ее за плечи, та слегка вздрогнула от неожиданного прикосновения, но продолжала по-прежнему сидеть, уставившись в одну точку с тревогой заглядывая ей в лицо, девушка заботливо поинтересовалась:
– Как вы себя чувствуете?
Ответа не последовало, поглаживая ласково даму по плечу, девушка ободряюще заверила:
– Все будет хорошо, они скоро вернутся.
С усилием, разомкнув плотно сжатые губы, леди Ингрид бесстрастно возразила:
– Ты молода, красива, любима сейчас тебе пока еще не понять меня.
– Но ведь сэр Уэйкфилд любит вас?
Женщина прикрыла глаза и удрученно замолчала, прошло несколько минут, Бренда уже была уверена, что так и не дождется ответа, но дама неожиданно заговорила:
– Любил. Теперь в нем говорит лишь жалость. Посмотри на меня, неужели думаешь, меня еще можно любить?
– То, что я только что видела, совсем не было похоже на проявление жалости.
Женщина устало вздохнула, она говорила с трудом, явно пересиливая себя, было совершенно очевидно насколько ей самой неприятен и тяжел этот разговор, но желание высказать наболевшее оказалось гораздо сильней.
– Что я могу предложить взамен его любви? Свой позор и бесчестие. Такое будет невозможно забыть, и его жизнь превратится в сплошные страдания.
Бренда резко соскочила, словно задетая за живое, топнув ногой дрожащим от волнения голосом возразила:
– Разве это ваша вина? Разве вы этого хотели и добровольно подчинились насильнику. Тоже самое могло произойти и со мной, если бы не вы. Я чувствую к вам не только благодарность, но и уважение. Пережив такие унижения, вы не остались в стороне, равнодушно наблюдая, как то же самое будет происходить и со мной, а с риском для собственной жизни поспешили на помощь. Ведь никто заранее даже не мог предположить, что все может сложиться подобным образом. Джеймсу не удалось сломить вас, желание отомстить за погибших за себя лишь подтверждает ваше мужество. Если хотите знать, я восхищаюсь вами.
