========== Покой победителя ==========
Я снова ухожу надолго в лес. Иду к самому озеру, будто просить совета у отца. Из-за размолвки с Гейлом чувствую себя паршиво и даже подумываю, не поспешила ли я сойтись с Питом. Может, надо было остаться одной и не нагромождать себе голову всякими бесполезными размышлениями. В какой-то мере я даже скучаю по прежним голодным дням, когда все было просто и понятно. Греюсь у печки в заброшенном бетонном доме недалеко от замерзшего озера и слегка жалею, что ни словом не обмолвилась Питу, что ухожу в лес с ночевкой на несколько дней. Думаю, он сам все поймет. А если начнет волноваться, Прим и мама его успокоят.
Утром к озеру выходит олень. По привычке с энтузиазмом прицеливаюсь, но потом вспоминаю, что Гейла рядом нет, и такую тушу я домой никак не дотащу. Теперь мне остро не хватает не только друга, но и напарника по охоте.
Спустя 4 дня возвращаюсь домой грязная, замерзшая, но умиротворенная. Даже настроение вполне сносное. Оно было бы еще лучше, если бы не разговор с Хейзел. Гейл запретил матери брать у меня дичь. Только путем долгих уговоров, чуть не плача, я убедила женщину взять добычу, которой под завязку были наполнены 2 мои сумки.
- Это в последний раз, - с сочувствием говорит Хейзел. – Может, потом, когда Гейл придет в себя. Сейчас он так расстроен, что говорить с ним бесполезно.
От этих слов меня снова душит вина, но главный удар ждет дома. От Пита. Застаю его как всегда на кухне. Он режет овощи для супа. При моем появлении даже не оборачивается, только бурчит «привет». Я кладу сумку с кроликами на стул и трогаю Пита за плечо, слегка разворачивая лицом к себе, и охаю от его вида. Сонные, красные глаза, окаймленные фиолетовыми синяками.
- Пришла, значит? Жива и здорова? – с укором в голосе спрашивает Пит.
- Пришла, - виновато отвечаю я. – Ты не спал всю ночь?
- Я не спал три ночи. Не мог заснуть, беспокоился, где ты, как ты. А тебе даже в голову не пришло предупредить меня.
- Разве моя мама тебе не сказала, где я?
- Сказала. Но ты ушла одна, надолго, в опасное место. Ты не представляешь, какие кошмары преследовали меня в эти ночи, сколько я всего передумал. Ты ведь даже маме не сказала, насколько дней уйдешь. Я с каждым днем паниковал все больше, думал уже бежать в лес и искать твой остывший труп.
- Пит, прости, - я пытаюсь обнять его, но он не дается.
- Если ты так представляешь себе наши отношения, то я пас.
Он кладет нож на доску, и я замечаю, как у него подрагивают руки.
- Может, твои домашние спокойно реагируют на эти вылазки, но я так долго не протяну.
- Я обещаю так больше не делать. – смотрю на него, между бровей по-прежнему как пружина натянута сердитая складка. – Этого больше не повторится. Ты простишь меня? В последний раз.
Я пристально смотрю на него с мольбой в глазах. Лицо Пита смягчается. За суровой маской показывается неутихающий страх, обманутое доверие, раненая нежность. Пит позволяет мне обнять его, покрыть поцелуями его измученное бессонными ночами лицо. Он шепчет мне:
- Не поступай так со мной больше, пожалуйста.
- Я не буду, не буду.
Сегодня Пит не отпускает меня ни на шаг. Мы вместе идем ко мне домой, тушим кроликов, собираемся всеми за столом и даже зовем Хеймитча. От взгляда окружающих не ускользает, что Пит все время держит меня за руку, а после обеда, когда мы рассаживаемся в зале у камина, и вовсе обнимает. Нас впервые видят вместе как настоящую пару. Мама и Прим с улыбкой переглядываются, а Хеймитч только ухмыляется. Всеобщее внимание поначалу вгоняет меня в краску, но потом я привыкаю. В нашем доме телевизор вещает только обязательные программы, сами мы его практически не смотрим, поэтому возникает вопрос, чем занять зимний вечер. Разговаривать особенно не о чем, потому что мы все впятером живем по соседству и знаем все друг о друге. Внезапно Прим предлагает почитать вслух книгу старинных рождественских рассказов. Все с радостью соглашаются. На время мы погружаемся в какую-то сказочную реальность, совсем не похожую на мир, в котором живем. Чтение у камина еще не раз повторяется после того вечера и становится приятной традицией.
В тот вечер Пит засыпает в моих объятиях, едва коснувшись подушки. Я стерегу его сон, глажу по волосам, мысленно представляя, что так отгоняю от его головы кошмары. Пока Пит спит, я вспоминаю наш разговор на крыше о походе в лес. Мне очень хочется взять с собой Пита, пока не началась весенняя оттепель, и земля на время не превратилась в непроходимую трясину. Решаю уламывать Пита до победного.
- Нет! – отрезает он, когда я в очередной раз спрашиваю про лес после череды довольно горячих поцелуев у камина. – Я тебе говорил. У меня неприятные ассоциации с лесом, меня потом кошмары замучают.
- Не замучают, я же рядом с тобой и не подпущу к тебе никакие кошмары, - говорю я, целуя Пита в висок. Мои ноги покоятся у него на коленях, а руки ласково обнимают за шею. Я трусь лицом о его щеку и продолжаю. – Я хочу, чтобы ты полюбил мой лес, понял, что он значит для меня.
