Стены прихожей были украшены золотыми рельефами, и жрец подошел к одному из них, изображавшему битву. Он нажал на один из щитов, изображенных на рельефе, и повернул его. Панель откинулась внутрь, открыв узкую лестницу.
– Это прямо в покои главного жреца, – сказал он. Затем, взяв свечу из настенного бра, он повел его за собой.
Палаты главного жреца были роскошными и пышными, с мебелью, предназначенной скорее для демонстрации, чем для удобства. Дайен взглянул на резные позолоченные кресла и решил встать. Он простоял недолго, прежде чем в зал ворвался главный жрец с красным от напряжения мясистым лицом. Он низко поклонился Дайену.
– Добро пожаловать, Святейший. Чем могу служить тебе?
– Ты знаешь, что Пожиратель недоволен?
Главный жрец побледнел.
– Как такое может быть? Мы собрали множество душ для нашего господина. Храм Карм разрушен.
– Наш бог никогда не бывает сыт, – ответил Дайджен.
– Мы не теряем усердия, – нервно произнес главный жрец. – По всему Виндену мы будоражим народ. На слуг Карм охотятся.
– Тем не менее, кто-то в Бремвене обманул нашего господина, лишив его должного.
– Кто? Когда?
– Это я и хочу узнать.
– Мы поможем вам всеми возможными способами. Вам нужно только сказать мне о своих требованиях.
– Прежде всего, секретность. Кто встретил меня у дверей?
Это был Грюн.
– Принесите его в жертву, – сказал Дайджен. – Немедленно.
Главный жрец низко поклонился.
– Будет исполнено, Святейший.
– Это последний раз, когда ты видишь меня. Мне нужно золото и одежда в аверенском стиле, подобающая обычному торговцу. Я остановлюсь в гостинице «Синяя гора» под именем Рангара. Найди кого-нибудь в качестве посыльного, кого нельзя будет отследить. Мне нужно знать обо всех Сарфах, Провидцах и Носителях, которые были в Бремвене, пусть и недолго, после падения храма Карм.
Главный жрец снова поклонился.
– Все это будет исполнено, Святейший. Могу ли я сделать что-нибудь еще? Возможно, ты желаешь подкрепиться.
– Я буду мясо и вино. Красное вино. Принеси его сам вместе с головой Груна.
Через три дня после прибытия Дайджена ветер с севера ослабил жару в Бремвене. К тому времени он получил многообещающую зацепку и отправился за ней. Стоя возле роскошного дома одного из купцов, он заметил, как из него вышла молодая женщина. Одетая как домашняя рабыня, она несла большой сверток в сторону доков. Дайджен следовал за ней на расстоянии, но когда женщина приблизилась к торговому судну, он поспешил за ней. Когда она обернулась на звук его быстрых шагов, Дайджен окликнул ее с аверенским акцентом.
– Госпожа? Госпожа, вы не могли бы мне помочь?
Как только глаза женщины встретились с его глазами, Дайджен почувствовал, что он ей нравится. Он был красивым мужчиной, а его бледно-серые глаза были бы привлекательны даже без их сверхъестественной силы. Дайджен улыбнулся и увидел, как женщина покраснела.
– Вы ко мне обращаетесь? – спросила она.
– Простите, что побеспокоил вас, – робко произнес Дайджен. – Вы выглядите так, словно вы с моей родины... и я не знаю, куда обратиться. Я надеялся, что вы поможете мне.
– Как?
– Меня зовут Рангар, госпожа. Я пришел, чтобы присоединиться к своему старшему брату. Он служил в храме Карм и... – Голос Дайжена прервался, а глаза наполнились слезами.
– Твой брат умер, не так ли? – спросила женщина мягким голосом.
Дайджен всхлипнул.
– Да, госпожа.
– Зови меня Гурди. Я никому не госпожа, просто домашняя рабыня.
– Я не вижу раба, только доброе лицо.
Дайджен протер глаза и посмотрел на Гурди с надеждой и доверием.
– Я здесь чужак, а вокруг полно последователей Пожирателя.
– Чем я могу вам помочь? – спросила Гурди, явно желая быть хоть чем-то полезной.
– Я хочу работать на того, кто все еще уважает Равновесие.
Гурди засияла.
– Вам повезло! Мой хозяин все еще чтит Карм. Он торговец тканями, самый богатый в Бремвене. Ему всегда нужны люди для его караванов. Его зовут Коммодус.
– Но разве он осмелится нанять человека, связанного с храмом Карм?
– Мой хозяин не боится чернокудрых. Совсем недавно с нами жил Сарф. Моя хозяйка стала его Носителем.
– Приятно знать, что все оставили богиню. Но как женщина могла стать Носителем после падения храма?
– Понятия не имею, – ответила Гурди. – Я не понимала этого тогда и не понимаю сейчас. Я вообще не представляю, зачем Йим понадобилось становиться Носителем. Она от многого отказалась.
– Йим?
– Так звали мою госпожу. На самом деле, она была моей госпожой всего один день. До этого она была рабыней. Когда она стала подопечной моего господина, я должна была присматривать за ней. Она ушла в первую же ночь, а когда вернулась с Хонусом, то уже была Носителем. Я не знаю, как это произошло, просто так вышло.
– Кто такой Хонус?
– Ее Сарф. Он стал ее Сарфом, когда она стала Носителем. – Гарди вздохнула. – Тогда я снова стала домашней рабыней. Йим отказалась от своей прекрасной комнаты и спала в скромных покоях, хотя они с Хонусом обедали вместе с хозяином.
