Покинув постель лорда Бахла, Йим подошла к отброшенному плащу и надела его. Затем, бросив взгляд на Бахла, чтобы убедиться, что он еще спит, она выскользнула из его комнаты. Когда она спускалась по винтовой лестнице, боль и кровотечение между ног и усиливающийся озноб напоминали о бурном завершении поисков всей ее жизни. Йим не могла отделаться от чувства горечи, вспоминая свое первое видение и то, как Карм улыбнулся ей.
Йим поняла, что, если она хочет пережить эту ночь, ей следует выбросить из головы подобные вопросы. Она остановилась на лестнице, чтобы успокоиться. Это было нелегко, но она справилась. Глубоко вздохнув, Йим вышла в коридор и проскользнула в комнату Яуна. В комнате стоял запах горелой плоти и потусторонний холод, хотя духи уже ушли. Йим мельком взглянула на почерневший предмет в камине и быстро отвела взгляд. Затем она принялась обыскивать комнату. Ей нужна была не только одежда, но и плащ, и ее непрочное платье не годилось, даже если бы оно осталось целым.
Йим рылась в аляповатом гардеробе Яуна, пытаясь найти что-нибудь подходящее, и вдруг взглянула на груду тряпья. Среди них была женская одежда. Йим подошла к ней и обнаружила, что все тряпки были женской одеждой. Осмотрев их, она обнаружила, что они порваны и испачканы кровью. Йим почти не сомневалась, как они попали сюда. После долгих поисков она нашла домотканую фуфайку и мешковатую серую блузку, которые не были полностью пропитаны кровью. Обе были порваны, но в сочетании с одеждой прикрывали ее. Затем она нашла самые простые брюки Яуна и натянула их поверх сюртука и блузки, воспользовавшись ими, чтобы заправить в широкий пояс. Штаны были слишком тонкие для крестьянской одежды, но Йим надеялась, что в темноте это не будет бросаться в глаза. Взяв из коллекции орудий пыток Яуна ножницы, испачканые кровью, Йим срезала меховую оторочку с темно-коричневого плаща графа. Затем она разрезала окровавленную тряпку и сделала из нее повязку, чтобы обмотать голову и спрятать волосы. Все оружие в покоях Яуна было заметно украшено драгоценными камнями. Йим не взяла ни одного из них, поскольку единственная надежда на спасение заключалась в том, чтобы смешаться с оборванной крестьянской армией Бахла.
В таком виде Йим вошла в тусклый коридор. Он был пуст, но она слышала шаги стражников, совершавших обход. Йим прислушалась. Казалось, звуки доносятся из-за поворота коридора. Она бросилась к лестнице, ведущей на нижний уровень, босые ноги почти не шумели.
Лестница выходила в темный банкетный зал, где Йим с тревогой заметила трех закованных в броню солдат с факелами. Они шли вдоль вертикальных столбов и осматривали нанизанные на них тела. За ними следовала дюжина или более крестьянских отрядов.
– Мы должны снимать только спелых, – сказал ведущий солдат с факелом. – Выбирайте их по запаху.
– Фу! Они все воняют, – сказал другой солдат.
– Заткни свою глотку! – сказал первый. – Ты отличишь свежий труп от несвежего.
Третий солдат рассмеялся.
– Да, мы их уже достаточно наделали.
Все трое остановились перед белокурой женщиной, насаженной на шест рядом с головой стола, и посмотрели на ее безжизненное тело.
– Эта птичка может полетать еще одну ночь, – сказал главный солдат. Он перешел к следующему колу. – Фух! Эта сука отправляется на свалку.
Он повернулся к солдатам-крестьянам.
– Снимайте!
Услышав это, крестьяне принялись вытаскивать столб из железного гнезда. Пока они пытались это сделать, солдаты с факелами пошли дальше по ряду. Оставаясь в тени, Йим подобралась к ним как раз в тот момент, когда они опускали шест на пол. Никто из них, казалось, не хотел прикасаться к серому, неподвижному телу, и это дало Йим возможность схватить его за лодыжку. Затем трое мужчин ухватились за другие конечности, чтобы сдвинуть тело с кола. Даже освобожденный от деревянного столба, труп сохранял согнутую позу, что делало его неудобной ношей для Йим и тех, кто его поднимал.
Один из солдат с факелом крикнул.
– Уберите его отсюда!
Йим помогла вынести мрачную ношу из пиршественного зала, по коридорам хранилища, через двор, мимо стражников у сторожки и на залитое лунным светом поле с разбросанными лагерями. Хотя Йим проходила через это поле всего один раз, она сразу же заметила изменения. Она больше не ощущала злого присутствия, и, хотя она сомневалась, что оборванцы могли заметить перемену, они, похоже, реагировали на нее. Мужчины казались взволнованными. Несмотря на поздний час, многие из них были на ногах. Спящие ворочались. Они просыпались все чаще, пока Йим наблюдала за ними.
