Люди, которые несли труп вместе с Йим, направились к большой куче тел в центре поля. Дойдя до гниющего кургана, они остановились и бросили на него мертвую женщину. Когда они повернулись, чтобы идти обратно в крепость, Йим опустилась на землю в тени кучи и лежала неподвижно.
– Где еще один парень? – спросил один из мужчин. – Тот, что с повязкой.
Йим быстро стянула ткань с головы, прежде чем другой мужчина успел ответить.
– Не знаю. Он только что был здесь.
– Может, его оттолкнула вонь. Этого достаточно, чтобы заткнуть себе рот.
– Раньше тебя это не беспокоило.
– Нет, но сегодня я чувствую этот запах. Сегодня я чувствую себя по-другому.
– Да, я тоже, – сказал другой голос. – Этот парень все правильно сделал. Я тоже не вернусь.
– Но лорд Бахл...
– Убить лорда Бахла.
Наступила тишина, и Йим пришлось побороть желание поднять голову и посмотреть, что происходит. Затем она услышала истеричный смех.
– Убить лорда Бахла. Посмотри не него. Убей его!
– Тише! Вы не смеете так говорить!
– Почему нет? – сказал другой голос, – Я тоже говорю, что надо покончить с Бахлом. Я устал от его дерьма. Разве вы тоже не устали?
– Да, но...
– Тогда уходи. Уходи со мной. Гниющие девицы на столбах! Что это такое? Я больше не буду его собакой!
Йим услышал еще один голос. Он был полон ужаса.
– Что мы наделали? О Карм, что мы наделали?
Затем она услышала тихие всхлипывания.
Другие солдаты-крестьяне начали всхлипывать, и рыдания распространились. В лагерях просыпалось все больше мужчин, и каждое пробуждение подстегивало новых. Вскоре Йим стало казаться, что угрызения совести, словно ветер, проносятся над полем, сотрясая каждого человека. Ночь наполнилась шумом причитаний. Горе было доминирующей эмоцией, но были и другие. Среди плачущих мужчин были и те, кто проклинал, молился или кричал от ярости.
Когда Йим подняла голову, чтобы оглядеться, крестьянская армия предстала перед ней преображенной. Больше не управляемая единой волей, она погружалась в хаос. Все больше и больше людей метались вокруг. Они выглядели растерянными, словно внезапно очнувшись от лунного оцепенения. Их число быстро росло, пока Йим не оказалась посреди возбужденной толпы.
Йим спрятала волосы под повязкой и встала. Она была напугана и насторожена, ибо опасалась, что те, кто оказался в глубине души под чарами лорда Бахла, все еще полны ненависти и могут никогда от нее не освободиться. Она видела, как вспыхнули смертельные схватки, когда некоторые мужчины ополчились на своих товарищей.
Кроме того, она знала, что у Бахла есть солдаты, которые сражаются за него добровольно и остаются верными. Вполне вероятно, что он бросит их на всех дезертирующих крестьян. Пока он этого не сделал, она должна бежать.
Когда Йим начала убегать, хаос усилился. Казалось, ни один человек не остался незатронутым. Лагеря разбегались, как перевернутые муравьиные гнезда. Повсюду валялись оборванные солдаты. Большинство из них бесцельно бродили в темноте, а многие были опасны. Один огромный парень шел, размахивая покрытым кровью топором, рубя всех, кто попадался ему на пути. Только что, убив человека, он повернулся в сторону Йим. Она бросилась от него и столкнулась с кем-то еще.
Испуганный мужчина выругался и замахнулся на Йим. Она увернулась, но удар задел ее голову и сорвал с нее повязку. Мужчина уставился на длинные волосы и безбородое лицо Йим. Затем он усмехнулся.
– Да ты девка! – Прежде чем Йим успела вырваться, он схватил ее за руку. – Давненько у меня не было девушки.
Он уже потянулся к ее поясу, когда другой мужчина оттолкнул его в сторону. Йим думала, что ее спасли, пока второй мужчина не схватил ее за свободные штаны и не стянул их ниже колен.
Юбка сюртука Йим упала вниз, прикрывая ноги, и это, похоже, ненадолго сбило нападавшего с толку. Прежде чем он успел среагировать, первый мужчина схватил его за плечо и оттащил в сторону. Двое начали бороться. Пока они катались по земле и наносили друг другу удары, Йим пыталась убежать, но споткнулась о штаны Яуна. Падая, она увидела, как один из дерущихся достал кинжал. Затем кто-то попытался стянуть с нее штаны. Ему было трудно, потому что его правая рука была изуродована. Йим попыталась ударить его ногой, но ткань на лодыжках помешала ей.
– Не двигайся! – крикнул мужчина. – Ты не сможешь бежать, когда у тебя на ногах такое.
Йим позволила мужчине стянуть с себя штаны. Когда она освободилась от них, он снял свой побитый шлем, надел его ей на голову и поднял ее на ноги. Затем он схватил ее за руку и потащил в толпу, как раз в тот момент, когда бой закончился смертью одного человека. Победитель встал и обвел взглядом толпу, держа в руке окровавленный кинжал. Третий мужчина, все еще крепко державший Йим, поспешил с ней в толпу. Йим не сопротивлялась, хотя и не знала, кто он – ее спаситель или следующий нападающий.
Оттащив Йим подальше, мужчина огляделся по сторонам, а затем отпустил ее.
– Похоже, мы от него убежали, – сказал он.
– Спасибо, – сказала Йим.
– Я не заслуживаю благодарности, – ответил ее спаситель. – Я злой человек.
– Тогда почему ты помог мне?
