— И вот представляешь, это ее невозможное лицо! Мама ей позвонила, конечно! Если бы тетя Оксана позвонила, она бы еще час мне рассказывала о своей судьбине, а тут: «Спасибо, все было очень вкусно, я пошла». Когда она так делает, ей точно мужик звонит. Во дает, в город приехать не успела, уже кого-то тут завела.
— Не кипятись, мать. Ну подумаешь, ну позвонил ей кто-то. Чего ты завелась?
— Да потому что я старалась, как всегда. А она при первой же возможности побежала туда, где интереснее.
— Ну и слава богу, что ей не с тобой интереснее. Потому что, судя по тому, что она тебе тут наговорила, ты бы сейчас не в коттедже Новый год встречала, а где-нибудь на зоне. Эта женщина кого угодно за собой утянуть могла. — Борис проглотил оливку. — Дай-ка мне кусочек торта, Галюнь, уж больно он красивый.
— Тебе нельзя. Забыл? У тебя сахар повышенный, — озабоченно отозвалась жена.
— Ой-е-ей, подумаешь, от кусочка ничего не случится.
— Ты мне нужен живой и здоровый. Так что нет. — Галя засмеялась.
— Да я тебе нужен, чтобы от таких Лен оберегать, как ты меня от торта. Баба она бедовая, и не вздумай ее в бизнес тащить, — очень серьезно закончил Борис.
— Ну это я так, на чувствах подумала.
— Просто знай: ничем ты ей не обязана, ничего ей доказывать не должна. Ты у меня самая красивая и умная. А она вертихвостка, которую по молодости слишком высоко занесло. Ты суди людей по текущим делам, а не по тому, что когда-то было. Раз ушла, значит, не такая уж она и умная.
Галя вздохнула и начала убирать со стола. Борис пошел в оранжерею, он в последнее время увлекся цветоводством и выращивал тропические чудеса.
Новогодние выходные среди русских снегов показались Гале слишком длинными, поэтому она поехала в офис, который находился на втором этаже фабрики нижнего белья. Борис обустроил себе кабинет на чулочно-носочном производстве. Они старались не находиться вместе во время работы, каждый отвечал за свой фронт.
Гале нравилось, как она все устроила в своей резиденции, которая занимала два крыла. В одном из них располагался зал для совещаний, ее кабинет, комната отдыха, в которую она поставила даже массажную кровать. Во втором крыле находилась бухгалтерия, небольшое помещение отдела кадров и офис, где работала дочка. У нее были свои заказы, никак не связанные с семейным делом, она занималась дизайном интерьеров.
Сейчас на производстве никого не было, стояла особенная цеховая тишина, глубокая и глухая. Фабрика работала без выходных весь декабрь, женское белье — это хороший новогодний подарок, поэтому нужно было обеспечивать повышенный спрос. Сейчас же, в январе, Галина распустила девочек, так она называла своих швей и портних.
Больше всего на первом этаже Гале нравился зал, где работали конструкторы белья. Там стояли огромные столы вперемежку с безголовыми портновскими манекенами, на которых были собраны новые модели. Сейчас шла разработка спортивной линейки, поэтому манекены пестрели неоновыми топами, майками и шортами, казалось, что это не мастерская, а причудливый тренажерный зал, погруженный в полумрак.
Галина нажала выключатель, и из тьмы показался коридор с мягким ковром, который вел в ее кабинет.
Встреча с Леной заставила ее по-новому взглянуть на собственное хозяйство. Как будто она проводила экскурсию для старой подруги, показывая ей, чего сумела добиться в жизни.
«Тут на стенах дипломы с разных выставок. А тут — эскизы наших лучших моделей белья», — мысленно указывала она на стены Лене, доказывая, что не зря провела эти 27 лет без нее.
«Мы открыли фирменные магазины не только у нас, но и сумели войти на рынок соседних городов», — продолжала внутренний монолог Галя.
«На выставке в Москве мы получили сразу несколько дипломов за лучшее качество, у нас есть фирменный магазин в торговом центре Санкт-Петербурга», — не могла она остановиться.
И, как всегда, на полуслове ее прервала та самая Лена, которая жила все эти годы в ее голове:
«Ну и что? Зачем тебе все это? Что ты пытаешься доказать?»
«Я сумела стать лучше тебя, вот что!» — Галя злилась на себя за глупую манеру постоянно оправдываться перед этой внутренней Леной.
«Смогла? Я сомневаюсь». — Насмешливый голосок не давал расслабляться.
— Да заткнись! — вслух рявкнула Галя. Лампа дневного света замигала на потолке, как будто испугалась внезапного крика.
— Тьфу! — Галина вошла в свой кабинет, включила компьютер и начала разбирать электронную почту.
Спустя время ей показалось, что она слышит шаги в пустом здании.
«Охрана обычно делает обход чуть позже», — подумала бизнес-леди и похолодела от страха.
Сейчас она точно слышала чью-то неторопливую, слегка тяжелую поступь. Она пересилила себя, выглянула из кабинета и сиплым от долгого молчания голосом произнесла:
— Кто здесь?
Шаги как будто замерли.
— Кто здесь? — повторила Галя.
— Мама, это я. — Смущенный голос дочери прозвучал странно.
