Сверкая блеском стали… полностью

— Это-то понятно. Знаешь, у меня все в голове не укладывается, как так быстро смог договориться император с Борманом. Все же, что ни говори, союзниками и добрыми соседями мы по большому счету никогда не были. Опять же польские партизаны изрядно портят им кровь на оккупированных территориях. И только тупой не поймет, что мы их в этом поддерживаем.

— Ну, тайная война и большая политика — это немного разные вещи. Что же до Бормана… Ему это было выгодно.

— Нацисты у меня как-то не особо ассоциируются с выгодой. В принципиальных вопросах выгоде они предпочитают принцип. Ладно раньше они нас опасались из-за ультраволновой пушки Филиппова. Но теперь-то с какого перепугу? Они ведь завладели полными сведениями вместе со специалистом. Или дезинформация не прошла?

— Вот про Шведова ты зря вспомнил.

— Я все рассчитал. Пуля не задела жизненно важных органов. Помощь ему была оказана своевременно.

— И на старуху бывает проруха. Эта мера уж больно… Я по-прежнему еще не нашел определения твоему поступку.

— Зато его приняли там как родного и верят каждому слову. Ибо выкрали невероятно ценного кадра, которого едва не шлепнули свои же. Лучше бы меня пожалел. Мало что подставил под молотки, так ведь могло так случиться, что и хоронить нечего было бы. Съел бы меня крокодил какой да нагадил. Все-о. Был Егоров — и нет Егорова.

— Ладно, проехали, — решил уйти от скользкой темы Антон. — А что касается Бормана, то, признаться, тут и мне не все понятно. С одной стороны, оно, конечно, логично. Но с другой — ему сейчас не с народом нужно заигрывать, а показать однопартийцам, что он сильный лидер и достойный преемник Гитлера. И когда на политической арене появится новое государство Израиль, Борману определенно придется тяжко. Разве только он успеет укрепиться.

— Знаешь, я тут подумал. А может, он наш агент, внедренный в окружение Гитлера? Вот к чему нам хаос в Германии, стране — обладательнице установок Теслы? Это же все равно что жонглировать шарами с гремучей ртутью. А ведь мы оба знаем, что тот взрыв — наших рук дело. Я вообще не удивлюсь, если весь этот заговор от начала и до конца состряпан нашей разведкой. Самостоятельно подобное провернуть, конечно, невозможно. Но если опираться на местный ресурс, да еще и такой, как Мартин Борман… Слушай, я вообще не удивлюсь, если через пару-тройку лет мы с немцами станем союзниками.

— Ох, и фантазия у тебя, Игнат. Хоть бери и книги пиши. Фантастику, — возразил Антон.

Правда, при этом он задумчиво потер переносицу, явно над чем-то задумавшись. Но потом отмахнулся, как человек, точно знающий, что должен делать. Разлил по третьей. Выпили. Обменялись рукопожатиями. После чего Егоров вышел из кабинета, а Золотарев, убрав бутылку и стопки, вернулся к работе с бумагами.

Прав Игнат в своих предположениях или нет, покажет время. А может, это так и останется тайной, покрытой мраком. По сути, это не имеет значения. Кому надо, те знают. От остальных же требуется малость: делать свое дело настолько хорошо, насколько это возможно.