– Но моя машина… и рабочий день все равно уже закончился, сейчас уже восемь вечера.
– О машине я потом позабочусь, а рабочий день у тебя ненормированный, – Алекс сделал несколько шагов в сторону и оглянулся на Яну.
– Но не настолько же, – простонала девушка, последовав за ним.
– Я очень рад, что ты вернулась, – заявил Алекс, когда они выехали с территории стоянки.
– С чего бы это? – пробурчала недовольная девушка.
– Когда ты на работе, то Евгения… гораздо спокойнее.
Яна удивленно посмотрела на телохранителя, но, похоже, он говорил серьезно.
– А это можно – вот так за глаза обсуждать босса? – поинтересовалась она.
– Со мной – можно, – спокойно отозвался Алекс. – Кстати, ты тут особо не раскладывайся, поспать не удастся, ехать осталось всего десять минут.
– Разве мы не на работу? – удивилась Яна.
– Нет, Евгения ждет тебя дома.
«Любопытно», – подумала девушка.
Алекс не обманул: через десять минут они свернули с шоссе в какой-то поселок; дом Евгении оказался всего метрах в двухстах от шлагбаума с охраной. Телохранитель открыл глухие металлические ворота при помощи маленького пульта, и они въехали на окруженный высоким забором участок. Дом из обыкновенного красного кирпича показался Яне совсем маленьким, хотя, возможно, эта иллюзия возникала из-за величины участка, усаженного кустарником и деревьями; в отдалении был даже выкопан небольшой пруд.
Они вышли из автомобиля, но девушка не успела толком осмотреться, потому что дверь мгновенно отворилась, и невысокая полная женщина с поджатыми губами, облаченная в голубую униформу, пригласила их внутрь. Яна подумала, что ее сильный акцент походит на французский, хотя на француженку горничная совсем не походила. В просторном холле было несколько дверей и стоял низкий стол, а около него и напротив друг друга – два дивана, обитых светлой кожей. Девушка безмерно удивилась, когда Алекс проводил ее в одну из дверей и они очутились перед дверью лифта.
– Разве тут не один этаж? – сказала Яна.
Алекс чуть заметно улыбнулся и пригласил ее войти в растворившиеся створки.
– Минус один, минус два, минус три? Ничего себе, – восхитилась девушка, рассматривая кнопки.
Телохранитель снова отмолчался, нажав кнопку минус третьего этажа. Он предложил девушке выйти, но не последовал за ней, лишь показав рукой, за какой из четырех дверей, находившихся в холле, ее ждут. Яна растерянно оглянулась на лифт – его дверцы уже закрылись, и она осталась одна. Девушка откашлялась, почувствовав, что голос неожиданно сел, и бросила пару взглядов по сторонам. Обстановка холла была решена в стиле минимализма: ворсистый бежевый ковер закрывал весь пол, стены окрашены в ровный персиковый цвет, на котором особенно ярко выделялись темные дубовые двери и массивные бронзовые светильники. Ни картин, ни статуй, ни, разумеется, окон в холле не было. Яна сделала несколько шагов и постучала в указанную телохранителем дверь – крайнюю справа. Она прислушалась, но из-за двери не доносилось ни звука. Тогда девушка подошла вплотную и потянулась к ручке, чтобы ее повернуть, но прежде, чем она успела это сделать, дверь быстро распахнулась с другой стороны, и она оказалась лицом к лицу с Ольховской.
– Привет, – одновременно сказали девушки.
Яна так и замерла в дверях, испытывая сильное замешательство. Генеральный директор Группы «Свет» была одета более чем легкомысленно: ее пятничные летние сарафаны просто отдыхали по сравнению с надетыми сейчас на ней коротенькими шортами и микроскопическим белым топиком, оттенявшим ровную бронзовую кожу. Смущение помощника продолжало усиливаться и от пристального взгляда, которым Евгения осматривала ее с головы до пят.
– Да у тебя тут настоящий бункер, даже Гитлер бы позавидовал, – сказала, наконец, Яна, пытаясь шуткой развеять нараставшее напряжение.
– Проходи, – не сразу отозвалась Евгения.
Босс отодвинулась в сторону, но только слегка, так что девушке пришлось теснее прижать локти к корпусу, чтобы пройти внутрь, не задев Евгению.
Комната оказалась библиотекой, и все стены, включая и ту, на которой находилась дверь, были уставлены шкафами с многочисленными книжными томами.
– У тебя что, все книги на языке оригинала? – удивилась Яна, заметив хорошо знакомые ей по отцовской библиотеке эцелевские первые издания Жюля Верна с характерным маяком на верху корешка.
– Нет. Конфуций и Лао-Цзы, например, в переводе. Восточные языки мне почему-то совсем не даются, – доброжелательно ответила Евгения и указала девушке на придвинутое к письменному столу небольшое кресло. – Посиди немного, я сейчас расправлюсь с парой дел и пойдем ужинать, хорошо? – Евгения села в свое кресло и уставилась в раскрытый перед нею ноутбук.
– Хорошо, – Яна удобно уселась и подумала, что ужин был прекрасной идеей.
Она очнулась от осторожного прикосновения к своему плечу.
– Да? Что? – встрепенулась девушка.
– Это просто поразительно, как ты легко засыпаешь при каждом удобном случае, – Евгения, уже переодетая в белую рубашку и голубые хлопковые бриджи, улыбалась и удивленно качала головой.
