– Ну-ну, не обижайся, специальность у меня «Командир взвода мотострелковых войск и войсковой разведки». А вообще, конечно, быть командиром непросто. Во-первых, тебя напрягает рядовой состав, который призвали, а он служить не хочет. Прыгаешь с ним по стрельбищам, преодолеваешь полосу препятствий – формируешь необходимые навыки. И кто бы знал, как сложно заставить солдат что-то делать, ведь вы, товарищ старший лейтенант, сами захотели в военное училище поступить, а их призвали на службу. Да, еще ненароком могут отправить в горячую точку. В этом разница. Во-вторых, за подчинённых тобою вечно недовольно начальство: то плохая сдача нормативов, то неуставные отношения, то самоволка, в общем, многое что случается. Был у меня один кадр во взводе, склонный к суицидам, однако так в его жизни всё стало здорово получаться, что он надумал жениться. Начальство, помня о его недалеком прошлом, во избежание ЧП, отправило меня сопровождать его домой, отпуск дали товарищу. И такое бывает. Наверное, ко мне неплохо относится и личный состав, и командование потому, что я службу изнутри знаю, ведь не после десятилетки поступал в училище, знал, куда иду и что ждет в дальнейшем. Это осознанный выбор профессии. Вот так. А вообще, мне все нравится, весело у нас, не заскучаешь, – улыбнулся Саша.
Все время, проведенное в Саратове, я находилась в Сашиной комнате постоянно, выходили мы из нее только в вечернее время, когда он возвращался со службы. Просто бродили по улицам, разговаривали. Разговаривали обо всем на свете, в том числе и о будущем.
– Саша, а как твоя мама отнесется к нашей женитьбе? – задала я закономерный вопрос. – Я думаю, вряд ли обрадуется этой новости.
– Какая разница, что она скажет, Свет мой. Это для нее не новость. Помнишь вызов к директору? Вот в тот день я и сказал, что рано или поздно женюсь на тебе, а потом повторил это же в день Игорюхиной свадьбы. Не беспокойся об этом, все будет хорошо.
В последнюю нашу ночь я думала о том, что мы никогда не будем ругаться, никогда. Жизнь такая короткая, не хочу тратить ее на ссоры, скандалы, обиды. «Я все сделаю, чтобы моя семья была счастливой», – думала я, засыпая.
– Пожалуйста, не бросай меня, – говорила я в аэропорту перед регистрацией целующему меня Саше, – иначе я умру.
– Не брошу, – отвечал он, как клятву, – и ты меня не бросай, очень прошу.
Мы расставались до мая 1995 года.
Я вернулась из поездки рано утром, когда все спали. Сони еще дома не было – отец привезет её только через неделю. На кухне в вазочке лежали конфеты, оставшиеся с празднования Нового года. Есть некому, это Софья у нас сладкоежка. А вот и Ленкины румяные пирожки. Сестра – мастерица их готовить. Тесто нежное, воздушное, мягкое. Начинка с картошкой, капустой, яйцом…Мм-мм. Вкуснота. Я доедала пирог с картошкой, когда на кухню вошла Лена и, сладко потянувшись, сказала:
– Ой, Светка, как я рада, наконец-то ты приехала.
– Да меня не было только неделю. Думала, соскучиться не успеете. Как вы?
– Ой, да все хорошо. Мама вроде бы нормально себя чувствует, давление, правда, три дня назад было высоковатое, а так ничего. Санька Широков звонил, поздравлял с Рождеством, хвастался, что ждет повышение по службе, немного с Сонечкой поговорили. Сказала, все хорошо, только по маме соскучилась да с дядей Игорем хочет поиграть.
– Я им звонила в Красноярск, знаю все новости. А ты как себя чувствуешь? – спросила я.
– Вполне себе ничего, Светик. Скоро в отпуск. Спать буду днем и ночью.
– Конечно, а то потом не поспишь, сколько захочешь. Родишь – и понеслись новые заботы.
Тут в дверях показался Игорь. Обняв меня, он сказал:
– Так рад видеть тебя, Светлана Владимировна. – Почему-то зять тяжело переходил на родственные отношения: долго учился говорить мне «ты», а просто по имени называть не хотел категорично, сказывалась давняя ученическая привычка.
– Ну, как Шурик поживает? Понравилось тебе в Саратове? – поинтересовался Игорь.
– Да все нормально: город красивый, люди замечательные. Сашу в начале февраля отправляют в командировку на три месяца в Питер. Что-то вроде курсов. Закончит учебу, может, приедет к нам. У него отпуск в мае.
– Что вы решили по поводу переезда в Саратов? – продолжал допрос Игорек.
– Не хочу загадывать, но если все сложится, то в июне мы с Софьей уедем к нему. Если все сложится. – Я замолчала. Некоторое время молчали и молодые, напряженно поглядывая друг на друга.
– Что-то случилось, уж очень вы таинственны. Это так?
– Светик, ты только не расстраивайся, – скороговоркой заговорила сестра, – Антонина Степановна звонила на днях, мама Шурика узнала, что вы вместе, и решила с тобой встретиться, просила адрес. Свекровь не знает, можно ли его давать, наверное, хватит и номера телефона?
– Ну, почему же? Пусть Антонина Степановна даст и адрес, и номер. Саша с матерью общался по телефону, когда я только приехала в Саратов, и она точно была информирована о прилете потенциальной невестки. При желании могла бы всё узнать из первых уст, поговорив со мной, а не искала бы столь сложные пути.
